Легендарный боец спецподразделения исчезает без следа. На арене появляется таинственный воин, побеждающий всех соперников. Его боевые товарищи начинают расследование, не подозревая, что их старый друг скрывается под маской безымянного чемпиона. История о переплетении прошлого и настоящего,...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Мастер боя»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Легендарный боец спецподразделения исчезает без следа. На арене появляется таинственный воин, побеждающий всех соперников. Его боевые товарищи начинают расследование, не подозревая, что их старый друг скрывается под маской безымянного чемпиона. История о переплетении прошлого и настоящего,...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Легендарный боец спецподразделения исчезает без следа. На арене появляется таинственный воин, побеждающий всех соперников. Его боевые товарищи начинают расследование, не подозревая, что их старый друг скрывается под маской безымянного чемпиона. История о переплетении прошлого и настоящего,...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Сермяжный по сути и бестолковый по содержанию удар, точнее — его имитация, не достиг цели. Но выдал результат. Улыбка Весельчака Санни на доли секунды смазалась, а рука, ставящая блок, — дрогнула и на то же мгновение беспомощно застыла. Роткевич справился с изменением обстановки, выбросив защиту, и, наверное, вполне удовлетворился этим.
Еще более был доволен Петр. Класс боевой техники Санни-Сапсана ставился прекрасными учителями, да и ученик был прилежный, хватал все на лету. Вот только два недостатка было у школяра: зубрил много, думал мало. Природный талант восприятия боевых искусств Роткевича позволил ему быть тем, кто он есть, — супер-чемпионом, но не великим бойцом.
Разученные до автоматизма приемы дают Роткевичу преимущество биться лучше других. Однако незапланированный сбой в «школе», в заложенной программе, заставляет его напрячься. Автомат срабатывает с задержкой — пусть миллисекундной, но все же задержкой. Потому что не мыслит, не живет боем, а просто борется с противником. По большому счету Санни-Сапсан, великолепно овладев техникой боя и наложив ее на физические данные, не пришел к главному: мудрости и духовному просветлению. Бой вторичен, первично — прозрение.
«Четыре благородные истины он постиг: бытие человека является страданием; причина страданий — в страстях и мирских заботах; преодоление страданий — в состоянии покоя; путь к покою — уничтожение суеты и желаний».
Всплывшая из глубин сознания цитата кого-то мудрого и очень далекого, а также логический вывод из проведенных опытов с Роткевичем пришли к Петру немного позже, после того, как прозвучал гонг, извещающий о конце первого раунда. Правда, и сам Петр пока не вошел в бой в той степени, когда он становится не выяснением того, кто сильнее и жестче, а соревнованием духа бойцов, основанного на единении души и тела, разума, воплощенного в мастерстве и силе.
В конце раунда сорвав одну за другой несколько атак Сапсана, Петр заметно подпортил его улыбку. Автоматически растянутые уголки рта Весельчака Санни вкупе с откровенной злостью в глазах и кривой мимикой лица превратили его физиономию в малоприятную маску. Удар гонга, завершивший первый раунд, не стер ее с физиономии Роткевича. В бешенстве ударив перчаткой о перчатку, он отправился в свой угол к секундантам.
Глава 17
От сакуры до лаптя
Леон, шустро заскочив через открывшиеся ворота, подставил Петру складной стул. Дождавшись, когда тот усядется, освободит и прополощет рот, стал протирать его лицо губкой.
