Жанр
В Мастере дорогах Земляной создает мир динамичных событий и натянутых узлов, где каждая ложка подслушивания может стать ключом к раскрытию страшного заговора. Атмосфера книги наполнена тайнами, шпионскими операциями и ожиданием выживания в жестокой борьбе за правду.
Вокруг крутились тысячи энергетических нитей, вплетаясь в кристалл, но человек, лежащий на песке, был совсем плох. Увлекшись творением, он быстро исчерпал силы своего источника и без задержки зачерпнул из души.
Зажатая в тисках магической бури, Мири ничем не могла помочь человеку. Она билась словно рыба о стекло, но жизнь по капле уходила из юного мага, превращаясь на глазах в идеальный кристалл души.
В тщетных попытках разрушить связь мага и рождающегося кристалла, Мири металась и, совсем отчаявшись, закричала от боли и отчаяния, переплавляя свою искру души в призыв о помощи.
От этого беззвучного крика жизнь на планете словно пропустила несколько ударов сердца. Остановились ехавшие куда-то райсеры, мигнули и почернели экраны телевизоров и страшно, до жути завыли ахара, дробя стекла в покинутом городе в пыль.
А младший творец-смотритель сектора, увлеченный созданием жука-пересмешника, который мог издавать звуки самки кузнечика, привлекая самцов в качестве обеда, отвлекся, сдвинул объемное облако редактора в сторону и мгновенным проколом внимания приблизил к себе участок пространства, который и так пребывал на грани, но из-за разразившегося катаклизма грозил схлопнуться, что лично ему грозило понижением до ассистента-смотрителя, а вот этого он не желал категорически.
А мужчина и был жив только благодаря тому, что прямо в эту секунду несколько тысяч разумных молились ему как своему богу, вливая в сосуд тела энергию веры."
"Кристалл, который начинающий маг собирал для вместилища другого мага, был уже фактически закончен, но с разрывом связи между мужчиной и его творением должно было произойти столько негативных последствий, что творец-смотритель зачерпнул из резервного источника нейтральную искру и влил ее в человека.
И сразу же, без паузы, магический вихрь опал, рассеялся в пространстве, оставив после себя лишь выжженное пятно.
И уже уходя, отключаясь от этого пласта реальности, творец-смотритель задумался на мгновение и щедро плеснул своей силы в мужчину, который не пожалел свой жизни ради творения. Возможно, когда-нибудь это спасет ему жизнь, а возможно, он со временем станет сам полноценным творцом.
