В Мастере эфира нет места традиционным романом: здесь каждая строчка — новое заклинание, а каждый герой — маг в поисках истинной силы. Великая империя на грани распада, где границы и закон — живые, меняющиеся силы. Здесь Алексей Михайлович Сурнин (Левша) изучает древние заклинания и открывает в себе потенциал мага, способного менять судьбы цивилизации....
Машина разорвала финишную ленту, и взвизгнув покрышками остановилась радом со столом где находился Главный комиссар гонок. Он поставил штамп в гоночном протоколе, зафиксировал время прибытия, и на большой доске, лично вписал прибавление к общему счёту команды Лахарг.
Сиди Гулар, сел за руль и отогнал машину в шатёр, где механики сразу принялись крутить гайки. После всех приключений, надежды на двигатель было никакой, и было принято решение менять мотор. Заодно большая ревизия ожидала все системы машины включая кузов, а Алексей в это время уже стоял под душем смывая с себя пыль и пот тяжёлой гонки.
Переоделся в летний костюм светло-бежевого цвета, и пошёл ужинать, в общую столовую.
Тут то его и нашла Лори Таллас, влетевшая под навес с глазами размером с блюдце.
– Пошли!
– Лори. – Алексей спокойно наворачивал рыбный супчик, и с улыбкой показал девушке на стоявший напротив стул. – Сегодня повар просто расстарался. Хочешь рыбный суп?
– Да тебя сам Тери Лингол ожидает! Глава Коруса! Корп-маршал!
– Лори.
Полевые апартаменты главы корпорации впечатляли.
Алексея встречали двое мужчин среднего возраста. Один высокий костистый, с длинными руками и большой цепкой ладонью, а второй пониже чуть более гладкий, но тоже подтянутый и судя по всему физически очень сильный.
Высокий представился как Тери Лингол – глава корпорации Корус, а тот что был пониже сказался главой автомобильного управления Корус Рубис Тахор.
– Я знаю, что вы по нашей вине отказались от ужина… – Тери Лингол, приглашающе показал на кресла, и первый присел в одно из них. – Приглашаю попробовать, нашу кухню. Говорят, сегодня повар был в ударе.
Алексей благодарно поклонился, и дождавшись пока Рубис Тахор тоже сядет, последним присел в кресло.
Сразу же в зал вошли несколько мужчин в строгих тёмных костюмах и начали сервировать столики приборами.
