Алексей Широков вновь оказывается в водовороте событий, где война разделяет миры, а древние враги готовят новый удар. В четвёртой части цикла героя ждут опасные испытания, политические интриги и тайны, которые способны изменить судьбу целых цивилизаций. Выжить можно только ценой невероятных...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Мастер крови»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Алексей Широков вновь оказывается в водовороте событий, где война разделяет миры, а древние враги готовят новый удар. В четвёртой части цикла героя ждут опасные испытания, политические интриги и тайны, которые способны изменить судьбу целых цивилизаций. Выжить можно только ценой невероятных...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Андрей Борисович Земляной Самиздат подборки серии
Алексей Широков вновь оказывается в водовороте событий, где война разделяет миры, а древние враги готовят новый удар. В четвёртой части цикла героя ждут опасные испытания, политические интриги и тайны, которые способны изменить судьбу целых цивилизаций. Выжить можно только ценой невероятных...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Да, он нас не любит, ну за исключением парочки оторванных девчонок, но в целом относится спокойно. Насколько я понял из наших разговоров, Аруби, и вся эта гроздь миров будет считаться владениями герцога, равно как и две других грозди, которые он присоединил. Таким образом мы пусть и не полностью, но существенной частью выпадаем из строгих правил империи. Герцог сам определяет, кто у него может жить а кто нет. Если уговоришь его — он прикроет вас от имперских прокуроров. Ну а если нет…
— А если нет, они казнят нас всех. — Мрачно подытожила жрица.
— Ну не всё так печально. — Сегоширан покачал головой. — Детей они конечно не тронут. Детей, подростков, и может ещё кто выскочит из этого капкана. Но основной массе надеяться не на что.
— Может лечь с ним? — Анорис подняла взгляд.
— Боюсь это не сработает. — Старик покачал головой, и длинная тонкая бородка завихляла по животу. — Вокруг него толпы женщин всех видов и типов, но он предпочитает им двух наших девчонок. Тумиралу Золотое Перо и Шиголару Алая Искра. Туми и Шиги.
— А может они?…
— Они для тебя ничего не сделают. — Старик тяжело вздохнул. Девочки видели его с ног до головы в крови, они видели, как он убивает демона одним ударом, они в конце концов принимали его семя. Шиги и Туми даже не будут с тобой разговаривать.
— С королевой — жрицей? — Женщина побагровела.
— Да хоть с самой Авирисс — матерью. — Сегоширан отмахнулся. — Для них он бог. Мальчик нереально силён, и кстати вполне хорош собой, несмотря на то, что человек.
— Полукровка? — Уточнила Анорис.
— И не надейся. — Ас Ларн негромко рассмеялся, оглаживая свою бороду. — И у него сешесс, как минимум, на третьем круге слияния. Это значит…
— Я понимаю, что это значит. — Оборвала его жрица. — В нём ядро божественной воли. — Она раздражённо уставилась в одну точку.
— Тебе придётся принять, что старые боги покинули нас. — Мягко произнёс старик. — Авирисс — мать, была доброй к народу рубаи, пока мы не погрязли в бесконечной войне. Сколько рас мы уничтожили перед тем как нарваться на Тессарин.
— А вы? — Анорис чуть придвинулась к Сегоширану словно хотела заглянуть в самую глубину его мыслей.
— А мы давно уже не молимся Авирисс — матери. — Белый Сполох, вновь рассмеялся, и посмотрев на высокий потолок, перевёл взгляд на жрицу. — С некоторых пор возносим молитвы другому богу. Он правда пока ещё молод, но с горячим сердцем, и светлой головой.
— Как вы могли предать веру Авирисс? — Сайши Анорисс вскочила откинув стул, и пригнувшись к столу буквально прошипела.
— Я прикажу содрать с тебя шкуру заживо, лживое отродье!
— Если будет чем. — Громко прозвучало со стороны входа, и к столику подошёл Алекс Роков."
"— Ты, прокладка мятая, совсем берега потеряла.
