Автор
В душной студии учителя Марка Алексеевича, внимание всецело сосредоточено на девочке — его воспитаннице Викке. Удивительная атмосфера завораживания и в то же время стресса скрадывает жизнь в этот узкий круг. Марк Алексеевич словно отрезал связь с внешним миром, позволяя ей раствориться в глубине своего сердца и мысли. Вместе они таили страшные тайны, под которыми скрывались неординарные приключения и потрясающие перемены....
Похоже, «Мастер порока» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ради неё я здесь. И она ничем не заслужила страдающую, витающую в облаках няню.
Мы только что вернулись в её комнату после ужина, и мне вдруг показалось, что малышка грустит.
— Эй, кто это тут нос повесил? — задорно спросила я, присев на корточки напротив неё. — А давай поиграем с тобой в какую-нибудь супер-интересную игру!
Викки приняла серьезный вид, и забавно постучала указательным пальчиком по своим губкам, словно глубоко задумалась. Мне даже стало любопытно, у кого она срисовала этот уморительный жест?
— Змулки! — вдруг выдала она, с озорством посмотрев на меня.
— Эмм, это что за игра? Я такую не знаю…
— Змулки! Ты заклываес глаза салфиком, а я хлопаю так, — малышка звонко хлопнула в ладоши и засмеялась.
— Ах, жмурки! — наконец, сообразила я, тепло улыбнувшись ей. — Точно. Я же сама тебя научила. Конечно, давай!
— Тойко завизи глаза! — прощебетала малышка, хитро прищурившись.
— Сейчас, сейчас!
Нашла в её шкафчике легкий шелковый шарфик, и надежно зафиксировала его у себя на голове.
— Ситай! — весело крикнула Вик, и со звонким смехом бросилась наутёк.
Я честно сделала десять кругов вокруг себя, так что трудно было определить, куда удалился топот детских ножек.
Остановившись и чуть покачнувшись, я поняла, что за плотной повязкой совершенно не понимаю, в каком направлении стою.
Мы с Ритой в детстве часто играли в жмурки, и очень любили эту игру. Главным правилом в ней у нас считалась честность. Подглядывать — подло. Это настолько прочно укоренилось с тех пор в моей голове, что даже сейчас, играя с малышкой Вик, совесть не позволяла мне мухлевать.
— Первый хлопок! — произнесла я громко и задорно.
Глухой «хлоп» раздался довольно далеко.
— А-я-яй, Викки! Мы же с тобой договорились уже — во время игр за пределы комнаты не выходить! — пожурила я, но все же осторожно зашагала на звук, выставив руки вперед.
Немного промазала и уперлась ладонями в стену, но быстро добралась до массивной приоткрытой двери. Оказавшись в коридоре, попыталась угадать, куда малышка могла убежать.
— Второй хлопок! — разнесся эхом мой голос по коридору, в этот раз я говорила тише.
«Хлоп» и тихий смешок раздался откуда-то слева. Захваченная азартом охотника, я пошла на звук, однако когда добралась до ориентира, никого не нашла.
