Удовлетворение от выполненной задачи моментально сменяется настоящим морем боли — я пропустил сдвоенный удар, который безжалостно проходится по моему разуму, разрывая связи между компонентами и увеча структуру.
Ухожу в глухую оборону. А потом внезапно понимаю, что давление со стороны противника снова ослабло."
"Сразу же бью в ответ. Освобождаю сознание от чужого присутствия. Латаю прорехи в ментальной броне. И одновременно с этим, бью по ублюдкам, что сейчас находятся передо мной.
Что интересно, с одним из них фокус почти проходит — я успешно рассекаю его защиту, практически проникнув в его разум.
Но сразу же получаю ответный удар, выкидывающий обратно. А потом закрывается и прореха в броне.
Впервые вижу такую механику боя. Без мыслеконструкций и сложных приёмов. Грубая чистая сила, которой они попросту давят на меня. Да и защищаются точно таким же образом.
Чувствую сознания своих бойцов, которые видимо тоже вступили в дело. Но это ощущение исчезает также быстро, как появилось. То ли их всех одномоментно убили, то ли вырубили.
Адепты снова обрушиваются на меня. Молотят по только что восстановленной и ещё совсем тонкой защите, постоянно пробивая её и вынуждая латать дыры.
Да, я пытаюсь контратаковать. Но они запредельно сильны. Настолько, что шансов передавить их обычной мощью, просто нет.
Ещё одна шальная мысль — я впервые встретил противника, который не фигурально, а вполне буквально сильнее меня. И похоже теперь проиграю.
В голове сразу же появляется фигура Бортиса. Потом лицо моего брата.
Мелькает целая вереница образов тех, кто предал меня и других членов Тридцатки.
Новая вспышка ярости помогает выдержать следующую атаку. За ней ещё одну. Откуда в вас столько силы, сукины выродки? Как Тварь смогла такое обеспечить?
Стоп. Тварь. Это же она, правильно? Петер, который едва мог управлять силой, никак не мог самостоятельно стать настолько мощным одарённым, да и его напарник, тоже вряд ли является менталистом первой категории. Иначе использовал бы более сложные варианты для атаки.
Заливаемое болью и перенапряженное сознание обрывает мысль, концентрируюсь на отражении очередной атаки. Но я упорно цепляюсь за эту нить рассуждений. Почему я об этом подумал? Там же была какая-то идея?
Осознание приходит спустя несколько атак и громадную новую порцию боли. Теперь я знаю, что мне нужно делать. И предполагаю, что это способно помочь.
На то, чтобы отыскать и запустить в действие нужную мыслеконструкцию, уходит какое-то время.
