В мире сновидений нет границ морали или государства — каждый фантазирует по своему. Здесь время неумолимо, минута может стать годом, а сон вечен. Внутри этих бескрайних снов можно быть на месте событий настоящего или в прошлом безграничным пространством во времени и пространстве....
Похоже, «Мастер снов» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Хруст песка и мелких камешков под ногами звучал оглушительно громко.
Между двух домов, в тени неработающего фонтана белела статуя. Все тот же Домиан, сражающийся с гидрой. И пока мифическое существо побеждало. Геспер покачал головой, сделал еще один шаг вперед и почувствовал легкое сопротивление воздуха. Наконец сработала система защиты, установленная на случай вторжения в подсознание.
В целителя не ударила молния, не разверзлась земля под ногами, из соседнего здания не выбежал отряд воинов, готовых пронзить непрошеного гостя древними гладиусами[17].
Земля затряслась, по зданиям и мостовой побежали трещины, а из кратера вылетела черная туча пепла. Геспер улыбнулся, сложил руки на груди и стал наслаждаться незабываемой картиной извержения вулкана, происходящего в ускоренном времени.
Клубы пепла заволокли небо и осыпались на землю черным снегом. Над жерлом, наливающимся огнем, беспрерывно сверкали молнии. Казалось, гора отрастила длинные кривые, ослепительно-белые зубы и с ревом огрызалась, плюясь раскаленными камнями.
Дома шатались… разваливались, оседая грудами кирпича, земля раскалывалась трещинами. Лавовые бомбы рвались из кратера, чертя по небу завораживающие кроваво-красные полосы…
На «случайного прохожего», рискнувшего сунуться в сон ученика Тайгера, это зрелище определенно произвело бы убийственное впечатление.
Жерло вулкана вспучилось пылающей лавой, и кипящая волна с огромной скоростью хлынула вниз по склону, сметая ошметки сна, посторонних, решивших вломиться в подсознание хозяина, а также любые «крючья» дэймосов. Должна была смести.
Эффектно. Хотя и чрезмерно театрально, на взгляд целителя. Однако, помнится, он так же смеялся над лавинами, срывающимися с гор в мире сновидений Феликса.
"Геспер нахмурился, отметая неуместные воспоминания, и больше не тратил время попусту. Каким бы впечатляющим ни было извержение, оно не смогло сдержать дэймоса, навредившего Домиану. Эпиос шагнул вперед, прямо навстречу кипящей лаве, жадно глотающей город, и разбил свое тело на сотню фрагментов, встраивая их в канву сна.
