— Это ваша тетрадка? Вы собственноручно в ней писали?
— Да… А что?
— Будьте любезны, возьмите перо… Лучше старое, такое, чтобы брызгало… Возьмите чернила… Бумагу…
На буфете нашлись и перо и пузырек с чернилами. Жижи, насторожившись, переводила взгляд с Мегрэ на свою приятельницу, очевидно, готовясь вмешаться, как только почувствует опасность.
— Садитесь поудобнее… Пишите…
— Что я должна написать?
— Не пиши, Шарлотта! С этими господами того и гляди влипнешь…
— Пишите… Никакая опасность вам не грозит, даю честное слово. Пишите: «Господин следователь, я взяла на себя смелость написать вам по поводу дела Проспера Донжа, о котором прочитала в газетах…» Почему вы пишете «прочетала» — через букву «е»?
— Не знаю… А как надо?
В анонимке, которую Мегрэ держал в руке, было написано «прачитала».
— Американка не настоящая американка, а француженка и была прежде танцовщицей Мими…» Мегрэ нетерпеливо передернул плечами.
— Достаточно, — сказал он. — А теперь взгляните на это послание.
Почерк был совершенно одинаковый. Только орфографические ошибки были другие.
— Кто это писал?
— Как раз это я и хотел бы узнать.
— Вы думаете, я написала?
От гнева у нее перехватило горло, и Мегрэ постарался ее успокоить.
— Вовсе я этого не думаю. Я пришел только спросить, кто, кроме вас и Жижи, был посвящен в сердечные дела Проспера и Мими, а главное, знал о ребенке…
— Как ты думаешь, Жижи, кто?
Они долго и лениво перебирали имена. Жизнь текла теперь вяло в этом доме, где вдруг воцарился беспорядок и все приняло какой–то подозрительный вид. У Жижи порой трепетали ноздри, и Мегрэ понял, что вскоре она начнет бегать по всяким притонам в поисках щепотки наркотика.
— Нет… кроме нас троих, никто не знал…
— Кто получил письмо от Мими?
— Я, — ответила Жижи. — Перед отъездом из Канн я нашла его в шкатулке, где храню сувениры… Я привезла его с собой…
— Дай сюда…
— Только поклянитесь мне…"
"— Ну, клянусь, глупая… Ты разве не видишь, что я хочу выручить Проспера из беды?
Мегрэ сразу стал строгим, угрюмым. Он смутно догадывался, что подоплекой преступления являются какие–то сложные обстоятельства, но пока не было ни малейшего намека на них, не за что было ухватиться.
— А вы отдадите мне письмо?
Мегрэ еще раз пожал плечами и стал читать:
«Старушенция Жижи!
Ух! Готово! Немало пришлось повозиться, но теперь дело в шляпе! Зря вы с Шарлоттой смеялись, когда я вам говорила, что мне удастся благополучно выбраться из передряги и. стать настоящей дамой.
Так вот, деточка, — готово!.. Вчера мы с Освальдом поженились. Свадьба была забавная — ведь он пожелал, чтобы мы обвенчались в Англии, а там все по–другому, совсем не так, как у нас. Минутами я даже думаю: уж и вправду ли я замужем?
Расскажи все Шарлотте.