— И, конечно, потерял при этом котелок… Зачем ты, спрашивается, ввязываешься?
Мегрэ улыбался широкой, довольной улыбкой, вынимая из серебряного кольца свою салфетку.
Глава 8
Когда Мегрэ дремлет
Тут тоже было неплохо! Сесть поудобнее за письменный стол, за спиной гудит пламя в затопленной печке, слева окно, в котором от утреннего холодка запотели стекла, прямо перед глазами — камин в стиле Луи–Филиппа, и на каминной полке черного мрамора — часы, где остановившиеся стрелки уже двадцать лет показывают двенадцать часов; на стене в черной рамке с позолотой — групповая фотография, и на ней запечатлены невероятно усатые господа с бородками клинышком, в сюртуках и цилиндрах, — товарищество секретарей комиссариата в те времена, когда Мегрэ было двадцать четыре года! На письменном столе в подставке выстроены по росту четыре трубки.
«Миллиардерша–американка удушена в подвалах отеля «Мажестик“.
Таков был заголовок, развернутый по всей первой полосе вчерашнего номера вечерней газеты. Разумеется, для журналистов все американки миллиардерши. И еще веселее усмехнулся Мегрэ, когда увидел свой собственный портрет, на котором он в пальто и в котелке, с трубкой в зубах, наклонился над чем–то, невидимым зрителю.
«Комиссар Мегрэ рассматривает жертву преступления».
Да, это его фотография, только снятая не теперь, а год тому назад — в Булонском лесу, когда он действительно рассматривал труп неизвестного, убитого выстрелом из револьвера.
В папках из мягкого картона лежали самые важные материалы.
«Доклад инспектора Торанса о результатах следствия относительно некоего Эдгара Фагоне, именуемого Эвзебио Фуалъдес, именуемого также Зебио."
"Возраст — 24 года; место рождения — город Лилль. Отец — Альбер–Жан–Мари Фагоне, старший мастер на заводе Лекера, умер три года назад; мать — Жанна–Альбертина–Октавия Обуа пятидесяти четырех лет, законная супруга вышеуказанного, профессии не имеет.
Нижеследующие сведения получены от привратницы дома № 57 по улице Коленкур, где Эдгар Фагоне проживает вместе со своей матерью и сестрой, а также от его соседей и ближайших в квартале торговцев, некоторые данные получены по телефону из полиции города Лилля (участок в районе газового завода).
Я связался также по телефону с санаторием Шевале в Межеве, а кроме того, беседовал лично с директором парижского кинематографа «Империа», находящегося на бульваре Капуцинок.
Собранные таким образом сведения я считаю точными, хотя они и нуждаются, конечно, в дальнейшей проверке.
В Лилле семейство Фагоне вело скромный образ жизни, занимало в новом районе газового завода дом с мансардой. Кажется, родители Эдгара Фагоне имели честолюбивое стремление дать ему образование, и в возрасте одиннадцати лет он поступил в лицей.