И тут она вспомнила про ремень. Рука упала на пояс, нащупав тяжелую медную пряжку. Она расстегнула ее и стянула с пояса мягкую кожаную змею. Тщательно прицелившись, Корделия метнула конец ремня с пряжкой в сторону лестницы. Три раза металл глухо звякал о деревянную перекладину, но только с четвертой попытки ремень оказался переброшенным через ступеньку. Она поймала пряжку и продела в нее другой конец, чтобы получилась крепкая петля. Она робко дернула ремень, потом еще раз – сильнее. Ее охватило радостное предчувствие, и она уже собирала силы для последней и решающей попытки, когда прогнившая ступенька с едва слышным треском отломилась и в каком-нибудь сантиметре от ее головы упала вниз. Казалось, прошло не меньше минуты, прежде чем донесся всплеск воды.
Корделия расстегнула пряжку и возобновила попытки. Следующая ступенька располагалась тридцатью сантиметрами выше, и забрасывать ремень было намного труднее. Даже такое небольшое усилие давалось ей сейчас с трудом. Она поняла, что надо набраться терпения. Она сбилась со счета, сколько было попыток, пока пряжка не перелетела наконец через перекладину. С трудом застегнув ремень, Корделия поняла, что следующей ступеньки ей уже не достать.
К счастью, эта перекладина выдержала ее тяжесть. Она лишь смутно помнила последние минуты подъема, когда сначала встала на лестницу, а затем накрепко привязалась ремнем к ее стойкам. Теперь она была в безопасности; падение ей больше не угрожало. На некоторое время она позволила себе впасть в забытье, но затем ее разгоряченный мозг снова начал работать. Она догадывалась, что, если никто не придет на выручку, шансов сдвинуть изнутри тяжеленную деревянную крышку у нее не будет никаких. Более того, чем сильнее она в нее будет упираться, тем больше риск сорваться вниз вместе с лестницей. А помощь теперь может прийти лишь на следующий день. О том, что она может не подоспеть вовсе, Корделия старалась не думать. Рано или поздно кто-нибудь должен здесь появиться. Привязанной в этом положении она может рассчитывать протянуть несколько дней. Даже если она лишится чувств, все равно остается надежда, что ее достанут отсюда живой. Мисс Маркленд знает, что она все еще в коттедже – там остались ее вещи. Мисс Маркленд непременно догадается заглянуть сюда.
Она принялась размышлять о том, как можно было бы подать наружу сигнал о себе. Между деревянными блоками, из которых была сколочена крышка, оставалась узкая щель. В нее можно что-нибудь подсунуть. Но что? Впрочем, теперь все равно придется дождаться утра. Необходимо расслабиться, поспать и спокойно ждать вызволения.
Но не успела еще эта мысль промелькнуть у нее в голове, как всем ее существом начал овладевать ужас, подобного которому она еще не испытывала. Ее не успеют спасти.