Поскольку за ними никто не наблюдал, ее возглас удивления при виде Корделии оказался излишней предосторожностью. Они выбрались из густого потока людей и, свернув в узкую боковую улочку, медленно побрели по ней. Корделия ждала, чтобы мисс Лиминг начала разговор первой, но ее вопрос оказался неожиданным:
– Вы думаете, что справитесь?
Заметив недоумение Корделии, она добавила:
– Я имею в виду ваше сыскное агентство. Думаете, вам удастся его вытянуть?
– Буду стараться. Это единственное, что я умею. Она не собиралась объяснять мисс Лиминг причины своей верности памяти Берни. Ей бы самой сначала в этом разобраться!
– Ваши издержки слишком велики.
– Вы имеете в виду контору и «мини»? – спросила Корделия.
– При вашей работе я не вижу, как один человек может зарабатывать достаточно, чтобы за все это платить. Вы же не можете сидеть в конторе, принимать клиентов, писать и рассылать письма и одновременно заниматься расследованиями? А помощники вам не по карману.
– Пока – нет. Я подумываю об установке телефонного автоответчика. Он запишет все заказы, хотя, конечно, клиенты предпочитают обсуждать свои дела с глазу на глаз. Если бы мне только удалось покрывать за счет клиентов свои личные расходы, тогда любой гонорар можно пустить на оплату остального.
– Если только гонорары у вас вообще будут.
На это возразить было нечего, и они какое-то время шли молча. Потом мисс Лиминг сказала:
– По крайней мере я оплачу издержки нашего дела. Это поможет вам уплатить штраф за незаконное ношение оружия. Этим сейчас занимается мой поверенный. Думаю, вскоре вы получите чек.
– Я не хочу брать денег за это расследование.
– Мне это понятно. Я помню, что вы говорили Роналду о своих принципах. Строго говоря, вам ничего и не причитается. И все-таки может показаться подозрительным, если вы откажетесь от денег. Поэтому вам лучше их взять. Как вам кажется, тридцати фунтов будет достаточно?
– Спасибо, вполне.
Дойдя до угла улицы, они свернули к Кингс-бридж.
– Мне следует, наверное, быть теперь вам благодарной по гроб жизни, – сказала мисс Лиминг. – Для меня это несколько унизительно, и, скажу честно, мне это чувство не по душе.
– Так избавьтесь от него. Я думала о Марке, а вовсе не о вас, когда пошла на это.
– А мне-то казалось, что вы действуете во имя справедливости или какой-нибудь другой абстрактной идеи.
– Нет, абстракции мне безразличны, я делала это для конкретного человека, вернее – его памяти.
Они взошли на мост и остановились, облокотившись о перила и глядя на бегущую внизу воду. Поблизости никого не было, и мисс Лиминг сказала:
– Беременность, знаете ли, очень нетрудно симулировать. Нужен лишь свободный корсет, в который можно натолкать чего-нибудь мягкого.