Потом окинул оценивающим взглядом Лину Дарроу и перевел взгляд на Арчера. — Похоже, вы решили пойти ва-банк. По-вашему, я взял деньги от убийцы, чтобы скрыть против него улики. Скверное дело, да?
Никто не отозвался. Они просто смотрели на меня.
Тогда я продолжил:"
"— Во-первых, я решительно заявляю, что у меня нет никаких денег, полученных от Рэкхема, и хватит об этом. Во-вторых, я поставлен в несколько невыгодное положение, потому что я знаю, что на уме у мисс Дарроу, но не знаю, откуда. Для меня очевидно, что она пытается подставить Рэкхема, но я не уверен, сама ли она так решила или ее кто-то надоумил. Прежде чем я приму решение, что делать, я хотел бы это прояснить. Я понимаю, что вы должны обработать меня на всю катушку и нисколько не возражаю, в конце концов так принято, это ваша работа, но вам придется выбрать. Либо я сейчас наберу воды в рот, причем я вовсе не шучу, и тогда можете делать со мной все, что вам заблагорассудится, либо я сперва переговорю с мисс Дарроу… в вашем присутствии, разумеется. А потом можете допрашивать меня хоть до конца недели. Итак?
— Что вы хотите узнать от нее? — полюбопытствовал Арчер.
— Лучший способ выяснить — послушать самим. — Я повернулся к Лине. — Когда вчера днем я увидел, как вы выходите из его номера, я сразу подумал, что заварится каша.
Она не отвела взгляд, но и не ответила.
— А когда он обошелся с вами дурно? Вчера? — уточнил я.
— Не только вчера, — бесстрастно ответила она. — По вчера он окончательно и бесповоротно отказался жениться на мне.
— А что же здесь дурного? — удивился я. — Не может же Барри Рэкхем на всех жениться.
— Он обещал… много раз.
— А вы держали при этом фигу в кармане? Он знал, что вам известно кое-что из того, что может привести его в камеру смертников. Вы не думаете, что он мог морочить вам голову хотя бы из соображений безопасности?
— Я так думала, но не хотела этому верить. Он говорил, что любит меня. Мы… спали вместе, и я думала, что он станет моим мужем. — Она решила, что следует привести более веские аргументы и воскликнула: — Я так его желала!
— Еще бы! — Я постарался, чтобы моя реплика не прозвучала слишком ехидно. — А теперь что вы думаете: он и в самом деле любил вас?
— Нет! Он бессердечный и коварный. Он меня боялся. Он только хотел, чтобы я никому не рассказала то, что мне известно. Я уже подозревала… он так изменился… а вчера я пыталась настоять, чтобы мы поженились на этой неделе, и он совершенно рассвирепел… это было ужасно.
— Простите, — упрямо настаивал я, — но вы чересчур ранимы для женщины, готовой выскочить замуж за убийцу. А не…
— Я не знала, что он убийца! Я только верила, что если расскажу все, что узнала от миссис Рэкхем, то он… то ему станет гораздо труднее, вот и все.
— Понятно.