Автор
В то утро, когда Берни Прайд решил завершить свой век в спокойствии и безмятежности, Корделия опоздала на работу из-за задержки поезда. Солнце ярко сверкало над Оксфорд-Сэркусом, но атмосфера вокруг оставалась напряженной и загадочной, словно поджидая очередную тайну в истории Корделии....
Похоже, «Мастера детектива. Выпуск 8» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Разумеется, это ничего не доказывает, – подумал он, видя, что ни один лучик света не пробивается сквозь плотно закрытые ставни окон, – должно быть, она спит».
Филипп ошибался. Когда он вешал в коридоре пальто, Раймонда появилась наверху лестницы.
– Я же велел тебе не дожидаться меня, – проворчал он, подходя к ней.
– Мне не хотелось спать.
– И все же после телефонного звонка у тебя не должно было быть причин для беспокойства.
Она остановилась в нерешительности, мышцы ее лица обмякли.
– А! – только и вымолвила она.
– Конечно. Где же еще я мог быть?
Видя, как у нее спадает напряжение, он понял – она только сейчас получила подтверждение того, что они были вместе: Робер, Люсетта и он.
– Спасибо тебе за доверие, – сказал он, открывая дверь спальни.
Вся комната прокоптилась табаком. Раймонда курила все больше, особенно, когда оставалась одна, либо чтобы прогнать скуку, либо, как этой ночью, чтобы облегчить страдания, когда ее снедала ревность. В такие минуты она становилась своим собственным палачом, однако ощущала ли она себя от этого менее несчастной? Прилив нежных чувств подтолкнул Филиппа к ней.
– Дорогая, ты только попусту себя изводишь.
Она прижалась к нему всем телом, но вдруг принялась осторожно его обнюхивать.
– Что еще?
– Как от тебя вкусно пахнет!
Стойкий аромат, к которому он уже привык настолько, что и не замечал, еще держался на его пиджаке с той стороны, где к нему прижималась Люсетта.
– Вы, должно быть, сидели совсем рядом. – Голос Раймонды казался отточенным, как острое лезвие бритвы.
Филипп с силой оттолкнул ее от себя. Его благие намерения улетучились, и он распалился злобой, еще более сильной оттого, что ей долго не давали выхода:
– Это какое-то наваждение, навязчивая идея… Да ты просто маньячка, настоящая маньячка! Ревность так помрачила твой рассудок, что ты забываешь об элементарных мерах предосторожности.
Схватив Раймонду за руку, он подтащил ее к окну, на котором против двойных штор висело толстое шерстяное одеяло.
– Во вторник ночью, когда я ехал в Аркашон, в этом окне видели свет.
– Одеяло я повесила, – пролепетала она, ошеломленная этим внезапным приступом ярости.
– Значит, плохо повесила!
Он с силой выдохнул, словно выпуская из легких последние миазмы раздражения, и в изнеможении опустился на край кровати.
– Именно такой небрежностью, – продолжил он уже более спокойно, – такими оплошностями и можно вызвать подозрения.
