— Что же, раз уж мне выпала честь стать для вас, коллеги, первым, так сказать, проводником в мир высокой науки, то, не будем медлить и начнем.
Конвел взмахнул указкой, на которой тут же вспыхнула печать. Сперва она сверкнула желтым цветом, а затем из указки полился мерный, синий свет, чем-то напоминающий свет от Лей-ламп.
Одновременно с этим учебники на столах учеников словно ожили и открылись на первых страницах, но и на этом маленькое представление не было окончено. Буквы в учебниках заискрились оранжевым сиянием, в то время как на графитной доске появились какие-то чертежи и вереницы описаний и предложений, выведенные все тем же, синим светом.
Вскоре свет в учебниках погас, а на вот на доске так и остались чертежи и символы, разве что теперь они не сияли, а выглядели так, будто их выполнили самым обычным мелом.
— Судя по вашим горящим глазами, — профессор встал перед своим столом и скрестил руки на груди. — мое традиционное представление возымело присущий ему фурор. Ну что же. Давайте тогда оценим ваши знания, чтобы знать, от чего отталкиваться. Итак. Кто назовет мне классификацию печати, которую я сейчас использовал.
— Вы, госпожа, — протянул указку профессор. — Второй ряд, четвертый стол.
С места поднялась девушка с блестящими серьгами и низким лбом, что её, чудным образом, нисколько не портило.
— Двух контурная печать общего типа, — произнесла она. — Если не ошибаюсь, то два луча красной и луч зеленой.
— Близко, но неверно, — без тени недовольства, а скорее даже с ажиотажем, резюмировал Конвел. — Продолжаем.
Рук стало поменьше. Видимо их опустили те, кто пришел к тому же, неправильному выводу.
— Вы, госпожа. Первый ряд, пятый стол.
С места поднялась обладательница фиолетовых глаз и острых ушей.
— Вложенная печать, — строго и коротко ответила она.
— Уже ближе, — улыбка профессора стала еще шире, а рук — еще меньше. — Может вы, госпожа, последний стол у окна.
С места поднялась Елена.
— Это трех контурная печать с вложенным массивом свободных рун, — отчеканила она.
Ардану стало трудно дышать. Он, за все прошедшее время, не понял ни единственного слова. И это несмотря на то, что он проштудировал в поезде учебник, выданный ему Мартом. Но в нем лишь вскользь упоминалось, что у печатей есть разные типы и не более того!
— Очень хорошая и светлая идея! — всплеснул руками Конвел. — Но, увы, все еще мимо.
К этому моменту из поднятых рук остались только три и все они принадлежали числу студентов-Инженеров, но их профессор не спешил спрашивать. Оно и понятно — вопрос касался именно что Звездной Инженерии, так что профильные студенты на него точно бы ответили.
— Вижу, в этом году у нас особенно мало господ, — чуть игриво заблестели глаза профессора.