Ни детей, ни семьи… В погоне за силой и знаниями, пастух стал великим магом, но мы теперь и имени его даже не помним… Эту легенду, Ард, рассказывают на первом уроке по Звездной Магии, чтобы мы никогда не теряли голову. А теперь извини, мне надо пойти смыть макияж и переодеться.
И Елена, цокая небольшими каблуками скромных туфель, удалилась. Ард же, оставшись в одиночестве, почему-то вспоминал слова Велены Эмергольд.
Часы на руке юноши подсказывали, что на шестой этаж они поднимались порядка двенадцати секунд, а вот на полигон спускались восемь…
Получалось, что тот находился на уровне четвертого этажа, только под землей.
Когда платформа замерла, то лифтер раздвинул решетки и, достав из кармана ключ на цепочке, повернул тот в замочной скважине тяжелых, металлических дверей.
Те открылись, демонстрируя Ардану… вполне себе тривиальный, и уже ничем не восхищающий, широченный коридор. Выложенный по стенам кирпичной кладкой, выкрашенной в нежно зеленый оттенок. С отбеленным потолком, сверкающим Лей-лампами и деревянным полом, хвастливо подмигивающим чуть затоптанной, и от того блестящей ковровой дорожкой, прибитой стальными клепками.
Но, в основном, двери вели именно на испытательные площадки, коих Арди насчитал ровно двадцать штук.
Ардан повернул ручку той двери, что слева — мужской раздевалки, и вошел внутрь. Тут же по носу врезал запах, смешанный из сотен нитей ароматов разнообразных духов, а уши зазвенели от гвалта голосов.
— Я слышал, полковник отслужил пятнадцать лет в группах особого назначения, — говорил один из студентов, меняя лакированные туфли с серебристой бляшкой, на простые, но добротные, кавалерийские ботфорты.
— Интересно, зачем его отправили в этом году к нам? — ворчал второй, пытаясь натянуть точно такие же на ногу. Размерчик явно был маловат.
Вообще, насколько успел оценить Ардан, каждый, кто сидел на длинных лавках, расставленных вдоль простеньких деревянных шкафчиков с вешалками и полками, одевались в одну и ту же форму.
Высокие, черные, кавалерийские ботфорты с узким голенищем. В них учащиеся заправляли серые, льняные штаны, уплотненные нашивками на коленях, бедрах и икрах. Широким ремнем стягивали черно-белую тельняшку, а сверху накидывали стеганные куртки из отбеленной кожи.
Только у некоторых не имелось формы и те снимали с себя лишнее — плащи, пиджаки, жилетки и прочее, оставаясь лишь в рубашке и брюках.
Идя по рядам, Ардан пытался сосчитать количество находящихся в просторном помещении людей, но сбился на четырнадцатом десятке.
С учетом, что всего на первом курсе Большого обучалось порядка четырехсот человек, то здесь, сейчас, находилось около двухсот пятидесяти — двухсот семидесяти молодых юношей.