— Д-да, разуметеся, — чем-то напоминая Андрея, заикаясь ответил Арди.
Ардану показалось, будто он тонет и, в нелепых попытках, пытается схватиться хоть за что-нибудь, но пальцы лишь скользят по водной толще, не встречая ничего надежнее сухой соломинки.
Причем мало того, что печать оказался безумно сложной, так еще и часть краски была местами смазана. Благо сквозь пятна, если приглядеться, все же можно было различить нужные символы.
Только теперь, глядя на застывшее перед ним на бумаге чудище, Ардан начал понимать, почему Звездная Магия одолела искусство Эан’Хане. Если из ста тысяч звездных магов, за четверть века, можно было обучить хотя бы двух, кто справится с созданием подобного, то…
Юноша покачал головой и принялся за дело. Спасибо хотя бы за то, что ему не требовалось ломать эту неприступную стену, а найти в ней лишь небольшую лазейку. Что-то сродни тем головоломкам, которые Ардан обожал с детства.
Прикусив кончик языка, Арди начал внимательно читать руны и исследовать контуры. Все его внимание оказалось приковано лишь к печати и только к ней одной.
Светом ему служили огни от пролетавших мимо вывесок, отражавшихся в размытых лужах, окутывавших точно таких же неясных прохожих, ютящихся в одежде, задирая воротник и открывая зонтики, словно те могли как-то спасти от ночного ненастья.
Их автомобиль плыл среди себе подобных. Лиза легко прыгала из полосы в полосу, элегантно переключая передачи той же рукой, которой держала тонкую, зажженную сигарету. Здания постепенно становились все ниже, а улицы — уже. Проспекты сменялись длинными, змеистыми, изломанными улочками и переулками, а тротуар, порой, становился таким небольшим, что прохожие шли по нему по одному.
Ардан, размышляя над головоломкой, не заметил, как они подъехали к невзрачному мосту, под которым река вспыхивала остывающими, холодными искрами от фонарей и окон. Перед въездом у парапетов их встретили скульптуры двух юношей, укрощавших крылатых коней. Арди не увидел и их.
Усталый трамвай прокатился рядом и исчез позади, а Лиза, прибавив скорость, проехала вперед, проигнорировав взмахи регулировщика, высунувшегося из будки у конца дороги.
Они пронеслись по полотну моста и, оказавшись на острове Бальеро, поехали дальше, а мгновение позже тяжелые шестеренки закрутились, поднимая массивные, корабельные цепи. И еще недавно единая конструкция, напоминая крылья тех самых скульптур, начала распахивать свои объятья.
Этого Арди тоже не видел. Как и не видел он изменившегося пейзажа. Трех, максимум четырехэтажные здания встали тесными рядами вдоль узких улиц. Они пестрили и сияли не хуже новогодней елки.