А уже начиная со второго экзаменационная аттестация растягивалась на две недели. Все из-за сложности и отведенного времени.
Первокурсники сдавали каждую дисциплину по полчаса. Двадцать минут на теорию и десять минут на практику. Со второго курса и старше теории отводилось три часа, а практике — два.
Вместе с Леной они пересекли атриум и, спустившись в теплый переход, миновали несколько групп, заходящих в разные корпуса и, около входа в целительский, обнаружили часть своих однокашников.
— Я не знаю… не знаю… ничего не знаю… — причитала пухлая, но весьма миловидная девушка с забавным, курносым носом и множеством веснушек. — О! Лена, Ард! Вы помните, какая печать останавливает кровь при продольном разрезе на левой кисти? Я думала, что это печать Эткаина, но вот Ишка говорит, что печать Неркаина…
Обладательницу веснушек, насколько помнил Ардан, звали Таня Тетрова, дочь владельца нескольких пекарен на Бальеро. А её подруг — Ишка и Вешка Нельвир. Две сестры близняшки из семьи Нельвир, славящихся своим пусть не очень крупным, но очень изысканным ювелирным домом.
Все, как и говорил когда-то Март — факультет Общих Знаний это, в девяти случаев из десяти, пристанище дочерей богатых родителей.
— Обе эти печати, — буднично ответил Ард, открывая дверь, ведущую в целительский корпус. — лечат не порезы, а ушибы. На голенях.
Стоило ему только перешагнуть лекарский порог, как в нос тут же ударили резкие запахи формалина, терпких трав и… денег. Если сравнивать корпуса, даже, факультета Защитной магии, не говоря уже про Инженерию, то Целительский на их фоне выглядел сродни тому, как, пожалуй, выглядел бы Дворец Царей Прошлого относительно городской ратуши Эвергейла.
Сперва Арди, когда только впервые оказался посреди мрамора и золота, даже не понял, что все еще находится в Большом. И, какое-то время, недоумевал, почему Март, явно любящий хрустящие эксы, не упоминал блеск и лоск Целительского факультета. И только спустя несколько недель учебы Ардан выяснил, что к чему.
И что шикарные, удобные диванчики, обитые кашемиром; мраморный пол, расчерченный позолоченными рейками между плитами кладки; стены, украшенные обоями из лучшей бумаги, расписанной подобно картинам; свод, с которого опускались хрустальные люстры, а не простые Лей-лампы — все это великолепие имело отношение лишь к избранной, немногочисленной группе учащихся.
К примеру — на первом курсе Целительского факультета обучалось… девять студентов. Пятеро из которых — эльфы. Но и на этом вся уникальность ситуации, сложившейся на факультете, не заканчивалась.
Каждый из девяти студентов имел в своем арсенале, по меньшей мере, семь лучей. А двое из них, как и Иолай, являлись гордыми обладателями полной красной звезды.