Автор
Жанна теряется в мыслях о своей любимой чашке, разбил которой случайно, пока изучает матрешку, которую ее подруга прислали в подарок. Пальцы Жанны зудят от холода в кастрюле, а внутренний мир героини наполнен мелкими радостями и болью обычной человеческой жизни.
– Какая?
– Э… э… тут… ну… – замялся юноша, – политика фирмы… Понимаете, эксклюзивные изделия никогда не тиражируются. Вам придется придумать другой вариант.
– Почему? – фыркнула я.
– Э… э… сумки уникальны, мы обещаем заказчикам, что ни у кого не будет точь-в-точь такого изделия, – пояснил Сергей. – Вам понравится, если вы увидите свою модель в руках другой женщины? Мы ведь подписываем контракт с клиентом, и там указывается про эксклюзивность модели.
– Ерунда, – отмахнулась я, – Москва большая, наша встреча маловероятна.
– Извините, я не имею права запускать в производство крокодила с ящерицей, – вежливо, но твердо возразил продавец.
Минут пять я уламывала юношу, потом он предложил:
– Может, сделать замок в виде кенгуру?
– Терпеть их не могу, – топнула я. – Ладно, я нашла выход из положения. Дайте телефон вашей клиентки, попрошу у нее разрешения на пошив второй сумки.
– Имена заказчиков являются тайной, – торжественно отчеканил Сергей.
Я и так, и эдак пыталась узнать, кто приобрел интересующую меня модель, но наткнулась на стену железного нежелания выдавать информацию.
"– Принесите воды.
Но продавец не кинулся внутрь бутика, а опять вызвал Анну. Я скрипнула зубами и придумала новый маневр. Протянула парню ключи от машины и сказала:
– Устала очень, голова заболела. Вас не затруднит притащить из машины косметичку? Она на переднем сиденье.
Сергей встал, взял свой ноутбук, положил в ящик стола, запер его и ушел! Когда он вернулся с совершенно ненужной мне вещью, я достала служебное удостоверение, помахала им перед носом юноши и сурово заявила:
– Владелица вашего эксклюзивного изделия вчера была убита.
Обычно, услышав такие слова, люди мигом делаются приторно любезными. Но только не Сергей Юрьевич. Он внимательно изучил мой документ и встал.
– Прошу вас покинуть бутик. Вы не полицейский, а частный детектив.
Я поняла, что потерпела сокрушительную неудачу, вышла на улицу и разозлилась на себя. Не следовало пугать парня бордовой книжечкой. Но кто же знал, что он столь педантично-дотошный человек? До сих пор все, с кем я имела дело, не читали внимательно, что написано в удостоверении, им хватало одного взгляда на «корочки».
– Эй, – раздался откуда-то сбоку шепот.
