В условиях стрессовой ситуации, где сроки и давление настолько велики, что каждый участник чувствует свою значимость в огромном механизме, внезапно раздается сигнал бедствия. Это тревожный зов заставляет взглянуть на все с новой стороны — возможно, уже не просто задачу выполнить, но и спасти жизни людей....
Она застыла прямо напротив накрытого черным брезентом тела, вокруг которого темнело пятно. Сжалась."
"Ника подняла взгляд и встретилась с черными, как пропасть, глазами Макса, что стоял на другой стороне площадки. Наверное, сейчас и в целом мире не нашлось бы человека, кто так же понимал ее, кто так же ощущал то, что творилось внутри. Они говорили без слов.
Что это было? Извини? Вряд ли, на прощение было совсем не похоже. Скорее, навевало прощанием. Всем прожитым и утерянным навсегда. Ведь ни один из них точно не свыкнется с положением вещей настолько, чтобы когда-нибудь коснуться друг друга даже словом.
Внезапно начался дождь. Ника подняла голову к ночному небу. Слезы, непрошенные, тотчас смешались с каплями, принося освобождение. Они будто заглушали чувство потери чего-то важного, но совершенно чуждого, чужого.
Как раз когда Макса окружила полиция, его стали активно расспрашивать, Ника почувствовала тепло – ее плечи укутали пушистым покрывалом, а затем отвели в сторону. Это был Алик – еще не обернулась, уже знала.
Белозеров легким движением подхватил Нику за талию и усадил в карету скорой помощи, где молодой парень тотчас осмотрел ее, фонариком посветил на зрачки, пощелкал пальцами, что-то спросил. Не получив ответа, он заговорил с Аликом, мелькнуло слово «шок». Ника закрыла глаза. Усталость навалилась бурно, веки враз потяжелели.
– Ты могла умереть, – услышала Ника, уплывая за грань.
Алик обнял теплыми ладонями тонкую шею, поцеловал ее в висок, прижал к себе.
Когда Орлова открыла глаза, вернулась в реальность. Жестокую, страшную, опасную. Вся задрожала, крепче вцепилась в рыжего парня. Всхлипнула – сначала тихо, а потом расплакалась навзрыд.
Только стихая, услышала горячий и до боли нежный шепот: «хорошая моя», «маленькая», «любимая». Сердце забилось на каждый слог. Ника отпрянула, чтобы взглянуть в его глаза.
Притягивать за ворот и не пришлось: едва руки взметнулись вверх, Алик подался вперед. И небеса разверзлись громом, когда он ее поцеловал. Или она его. Да и какая разница? Когда Ника путалась пальцами в его волосах, вжимаясь сильнее, когда он сдавливал ее талию сквозь одежду, мечтая никогда не отпускать. Когда оба увлеклись губами друг друга настолько, что забыли обо всем. И оторвались, лишь чтобы сделать вдох.
