В условиях стрессовой ситуации, где сроки и давление настолько велики, что каждый участник чувствует свою значимость в огромном механизме, внезапно раздается сигнал бедствия. Это тревожный зов заставляет взглянуть на все с новой стороны — возможно, уже не просто задачу выполнить, но и спасти жизни людей....
Она так глубоко ушла в мысли: не сразу поняла, что не дала Алику ответ. Что он там просил у нее в прошлом году? Не убегать от него? Да не смогла бы больше никогда. Теперь если бежать, то только вместе, в одном направлении.
– Конечно, да, о чем вообще речь? – ответила она, флиртуя.
Алик тотчас поцеловал ее. Боже, каждый раз Ника задыхалась от счастья, которое стало ее привычным состоянием, а не мнимой целью. Неужели так бывало?
– Прости, я не часто говорю, что люблю тебя, – сказал Белозеров, поглаживая подушечками пальцев ее лицо вдоль скулы.
– Ты бредишь. Я знаю это. Вижу каждый раз, как смотришь на меня. Никто на меня так не смотрел. – Ника губами прикоснулась к его руке и закрыла глаза. – Ты лучший человек, которого я встречала. Рядом с тобой и я становлюсь каждый день лучше.
– Я люблю тебя, – Алик прошептал в ее губы.
– Я тоже… тебя… люблю… – между поцелуями ответила она.
– Нам нужно ехать, – Белозеров еле оторвался от Вероники, – нас уже заждались.
– Так вот куда намылилась малая с парнем! Как ты их всех уговорил молчать? И Соня знала? Ах ты!
Ника защекотала парня, больно ущипнула под ребрами.
– Тише, малыш, не злись! Алеся даже прилетела с детьми.
– Ну, ничего себе! Конечно, я не злюсь!
Алик завел машину и включил радио, все еще поглядывая на теперь уже будущую жену. Тот день, когда она скажет ему второе «да» перед небом и Богом, станет лучшим воспоминанием в его жизни – он прикинул.
– Ты слышишь? – внезапно серьезно спросила Ника.
И Алик прислушался к тому, что говорили в радиопередаче.
– …глубоководных исследований и самой масштабной в истории поисково-спасательной операции обнаружены фрагменты крыла на побережье острова Реюньон, на расстоянии четырех тысяч километров от предполагаемого места падения.
