Встреча Матвея с друзьями переросла в неожиданное знакомство с человеком из другой жизни. Встреча происходила весело и непринужденно, но в воздухе всегда чувствовалось что-то загадочное и полезное. Мажарин — это новый персонаж, ставший не просто случайным участником беседы, а человеком, чьей судьбой теперь интересуются все присутствующие....
И не отпускать его никуда, и никому не отдавать…
— Мажарин, ты меня хочешь? — прошептала на ухо. — Скажи быстро. Как ты там говорил?
Страшно хочу…
— Страшно хочу… и придушить, и трахнуть одновременно. Раньше думал, что так не бывает.
— Это ты просто со мной не знаком был. Ля-мур-р-р, — промурчала она, присасываясь к его шее.
— Пойдем. Я тебя дома отлямурю. Как хочешь, так и отлямурю. Только не здесь…
Еще минута, и они не остановятся. Им достаточно одного прикосновения или поцелуя, а потом начиналось настоящее сумасшествие.
Поздно… Чувствовал, как у Маринки по спине прошла крупная дрожь. Он ловил ее, заражался. И противостоять этому невозможно. Тут же горячая кровь ударила в пах. Руки сами сжали ее бедра.
Марина сильнее вздрогнула и приникла горячим ртом к его губам. Влажно лизнула язык и сладко еле слышно застонала. Сучка такая. Знала, что это его безумно возбуждало.
— Просто поцелуемся… — выдохнула, отрываясь.
— Угу, просто… — зверея от ее неуместной настойчивости и своего желания, запустил пальцы в волосы, сжал руками голову и снова притянул Марину к себе.
"С ней невозможно просто целоваться. С ней нужно целоваться только в кровати, чтобы облизать всю, языком затрахать и зацеловать губы до онемения. Загрызть и закусать.
— Сереженька, я весь день тебя хочу. Я только о тебе и думаю.
— Ты не обо мне думаешь, ты о сексе думаешь.
— Какая разница? Это одно и то же. Можно подумать, ты меня не за этим вспоминаешь.
— Только не ори, — предупредил, скользнув ладонью по бедру, и Маринка сразу заерзала, прося поласкать.
— Я тихо.
— Ты не можешь тихо.
— Могу. — Еще больше прижалась к нему, подаваясь навстречу. Прерывисто задышала в щеку. Вся отдалась, расслабившись, готовясь получить то, чего так страстно желала.
— Все, закрой рот, — шепнул он и, сдвинув в сторону узкую полоску трусиков, погладил ее.
Это могло бы быть прекрасно и хорошо, когда девушка так сходит от тебя с ума и возбуждается, что способна за короткое время получить высший кайф.
Хоть кто-то должен быть трезвее, кому-то нужно сохранять немного холодка в голове для разумных мыслей.
Только где же взять этот холодок трезвости? Откуда? Она мокрая, невыносимо горячая, вся дрожит и просит. Молча. Не стонет, не скулит.
