Встреча Матвея с друзьями переросла в неожиданное знакомство с человеком из другой жизни. Встреча происходила весело и непринужденно, но в воздухе всегда чувствовалось что-то загадочное и полезное. Мажарин — это новый персонаж, ставший не просто случайным участником беседы, а человеком, чьей судьбой теперь интересуются все присутствующие....
Одурманенный невероятной дозой пошлости и грязи, Мажарин на секунду прикрыл глаза. Всего лишь на секунду, уплывая из этой дерьмовой реальности, и адская физическая боль накрыла душевные страдания.
Как саваном. Похоронив под собой.
Не Егорка трубой его ударил, не это унылое говно. Кто-то из охраны ударил такой же стальной трубой по ногам.
— А говорил, на колени не встанешь… встал… — донеслось до затуманенного болевым шоком сознания.
Оно еще было при нем, помутненное сознание. Мажарин еще упирался ладонями в землю, еще не падал, хотя понимал, что на ноги уже не встанет.
На сломанных ногах только в кино бегают.
Тело взмокло, став липким от пота. Больная агония охватила каждую клеточку. Это была только первая волна. Потом пошли новые волны. Новые удары.
— Встал же… а говорил, на колени не встанешь…
Уже не понимал, то ли повторяли ему фразу, то ли она застряла у него в сознании.
Не вы меня на колени поставили, ублюдки гребаные… хоть и ноги сломали… не вы… моя
Мариша… ее слова… моя любимая девочка на колени меня поставила… разорвала…
И от каждого нового удара чувства перекрашивались.
Теплая, она хлынула из горла в рот и пенисто залила подбородок.
А потом больше ничего. Ничего, кроме этого, железисто-соленого вкуса во рту…
Глава 11
Прошло семь лет.
— Боже, — улыбнулась Марина, взяла цветы и подставила щеку для поцелуя. — Красивые.
Но все равно, Матвей, не стоило.
— Как это не стоило?
— Подожди минутку, я быстро отнесу их домой.
— Бери с собой. Такси ждет, мы и так опаздываем.
— Я быстро. Минутку. Туда и обратно. Не хочется тащить их с собой, боюсь, завянут. —
Вернулась в дом, поднялась по лестнице на несколько пролетов выше и положила цветы под дверь. Не под свою. Сама жила на пятом этаже.
Господи, как она ненавидела белый цвет! Не переваривала!
А он розы притащил белые. Ослепительно белые, аж смотреть больно. И где только такие нашел?
Выйдя из подъезда, Марина быстро подошла к машине, юркнула в распахнутую дверцу.
Матвей, довольно вздохнув, уселся рядом.
— Нужно о таких вещах предупреждать заранее, — мягким холодком выразила свое недовольство. — Я не люблю торопиться и не люблю опаздывать. Столько дел сегодня было. И я устала. Собеседник из меня сейчас не очень.
— Мариночка, не ворчи, пожалуйста. Так получилось.
— Ехал бы один. Зачем тебе я? — спросила все с той же мягко-бесцветной улыбкой.
