Спустился в прохладную воду, пытаясь прогнать с лица придурковатую улыбочку, но ничего не вышло. Впервые за долгое время я испытывал такой душевный подъем.
– Феликс…
Поднял голову на звук её ласкового голоса и тут же приоткрыл рот. Мама дорогая! Злата скинула махровый халат, оставшись в белом бикини. Её маленькие оттопыренные соски проступали через эластичную ткань. Красавица сделала шаг навстречу, и рельефные мышцы бёдер напряглись. Неотрывно глядел на неё, ощущая, как всполохи огня задымили грудную клетку, стекаясь в напряженный пах. Член зудел от нетерпения.
Девушка смущенно улыбнулась, на мгновение высунув кончик розового языка, и я еле сдержал подступающий к горлу рык.
– Иди сюда… – хрипловато изрёк, когда она, наконец, оказалась в воде.
– Феликс, сперва я хотела бы кое-что обсудить… – Злата решительно сжала ладони в кулаки.
Я расплылся в улыбке.
– Всё, что угодно. Только быстрее, пожалуйста… – готов был умолять её перейти от пустой болтовни к делу.
– Видео, которое ты сделал в нашу первую встречу… – нежный голос дрогнул, пушистые ресницы опустились на глаза.
– Я удалил его в ту ночь, когда ты осталась ночевать у меня, – лукаво прищурился, подбираясь ближе.
– А как же раритетная ваза времен Октябрьской революции? – в голосе Мягковой сквозила досада.
Девушка наморщила милый носик, обдавая недружелюбным взглядом. Вздохнул и миролюбиво заключил:
– Прости меня. Ты такая доверчивая… – приблизился к ней вплотную, заставляя посмотреть в глаза.
– То есть ты всё это подстроил?!
На дне манящих бирюзовых глаз появился болезненный отблеск. Её губы задрожали. Не обращая внимания на тихий протест, обвил талию руками, крепче прижимая к себе девушку."
"– У нас в кухне установлены три микро видеокамеры. Мать давно в курсе, что девчонки из обслуги тырят еду. Она не обращает на это внимания. Кстати, всё, что остается после приемов, на следующее утро отвозят в социальную службу.
– Ох…
– Да.
Втягивал прерывистое дыхание ноздрями, удерживая её максимально близко.
– Значит, с самого начала всё это ложь… – сквозь стиснутые зубы пробормотала красавица.
– Я готов загладить вину, – легонько коснулся теплых губ, прижимаясь твердым членом к её бедру.
– Для тебя всё так просто…
– Было просто… – продолжил мягко касаться зацелованного рта и тихо добавил: – Пока я не влюбился…
– Что-о? – уголки бирюзовых глаз увлажнились.
– Что слышала. Смотрю на тебя и хочу постоянно тискать, целовать, издеваться и доводить. Я влюблен в тебя, золотце. Понимаешь, какая засада?
Злата изумленно покачала головой, глядя на меня, как на душевнобольного. Первая девушка, которой признался в своих чувствах, похоже, не особо оценила мой порыв.
Бл*ть. Её реакции резали без ножа.