Автор
Саша, пять лет спустя - Миша продолжает откладывать встречу из-за внезапно возникших обстоятельств. Он почти как Слушая его упрямые рассуждения, голова Саши витает между буднями и сомнениями. Внезапно неожиданная необходимость - мама не может забрать Арсюшку из секции делает ситуацию еще сложнее....
Именную, на секундочку. Ассоль подарила на прошлый день рождения."
"Смирнов рисует цифры. Прикрываю веки и сдерживаю стон. А еще мат. Много матов.
Жадный мне попался следователь.
– Согласен. Так что произошло?
– Не так быстро, Стас, – усмехается. Снова отпивает кофе.
Нога под столом устала отбивать ритм.
– Ну я же не могу перевести вам такую сумму по номеру телефона?!
А мне нужно знать сейчас. Здесь и сейчас. Иначе сдохну. Варюсь в обмане сутки. Он как густой бульон в тело через уши залился, и я постоянно думаю об этом.
– Утром деньги – вечером стулья, вечером деньги – утром стулья, – говорит известную фразу.
На хуй, что ль, его послать?!
Смыкаю челюсти и взглядом пригвоздить хочу. Пусть не думает, что обладает какой-то сверхспособностью контролировать других и вытаскивать из них душу.
Да мне нужен простой ответ на один лишь вопрос: между Рамом и лисицей было что? Рам бредил одним, когда его бил, отец подразумевает другое.
– Переводите мне деньги, и завтра, скажем, в девять утра, встречаемся? На этом же месте.
Допиваю кофе, совсем не чувствуя его вкуса.
Сердце сразу учащенно бьется, расширяя ребра и расталкивая их в разные стороны. Стыдно признаться, но я встать не могу. Позвоночник ввинтился в сиденье, ноги, как на мощном клею, прилипли к полу.
Ответы близко. Сидят рядом, улыбаются, печаткой свою опять крутят. Вырвать бы ее с пальца к чертям собачьим.
Неужели не понимает, что это важно. Пиздец, как важно!
– Хорошо, – скомкано говорю, – стоило объяснять, что отец о нашем уговоре знать не должен?
Алексей многозначительно смотрит и облизывает тонкие губы.
Ну вот, еще доплатить за его молчание. Супер, че!
Смирнов уходит первым, я еще какое-то время сижу за столом. Посторонний шум совсем не мешает. Как ни странно, успокаивает.
За окном снова дождь. Но и солнце. Странный Питер.
Если окажется, что Рамиль ничего не сделал Белинской, получится, что моя догадка относительно его причастности к Арсению неверна?
Это сводит с ума. Свою следующую мысль я боюсь озвучить даже про себя.
Сразу становится тяжело дышать и всего трясти начинает, как старика с Паркинсоном.
– Ась, привет. Дома? – убито спрашиваю.
– К-конечно.
– Заеду? Я в Питере.
– К-конечно.
Первым за последние годы заканчиваю разговор и отбрасываю телефон от себя.
Там во входящих сообщениях имя Белинской есть. Дурацкая переписка про какого-то Кэтбоя. Игрушка Арсения, ее сына.
И мозг нагревается и взрывается от мысли, что, может, и моего.
Не дурак ведь.
