О деятельности московской чрезвычайной комиссии в борьбе с бандитизмом, спекуляцией и контрреволюционным подпольем в годы революции. Исторический очерк о героических подвигах чекистов в условиях голода и разрухи послереволюционной Москвы.
Раздел Chitat.online для книги «МЧК Сообщает…» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
О деятельности московской чрезвычайной комиссии в борьбе с бандитизмом, спекуляцией и контрреволюционным подпольем в годы революции. Исторический очерк о героических подвигах чекистов в условиях голода и разрухи послереволюционной Москвы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
О деятельности московской чрезвычайной комиссии в борьбе с бандитизмом, спекуляцией и контрреволюционным подпольем в годы революции. Исторический очерк о героических подвигах чекистов в условиях голода и разрухи послереволюционной Москвы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Мартынов подошел ближе и прочитал: «За храбрость».
Рядом висело несколько фотографий. Группа юнкеров-александровцев, два молодых подпоручика в парадной форме, Алексей Климов в штабс-капитанских погонах, с рукой на перевязи.
Манцев подошел к стене, начал рассматривать фотографии.
— Кто это рядом с Алексеем Федоровичем?
— Его товарищ по училищу, Сергей Наумов, они сфотографировались в день производства.
— Елена Федоровна, а у вас случайно нет фотографии Виктора Копытина?
— Конечно, Василий Николаевич, но зачем она вам?
— Елена Федоровна, мне тяжело говорить, но Алексея Федоровича убил Копытин.
— Нет!.. Это невозможно…
— Но это так. Копытин убил и Басова, и еще нескольких человек.
— Это невозможно.
— Елена Федоровна, поверьте мне, на его руках много крови прекрасных, нужных новой России людей.
— Он заговорщик?
— Нет, он стал бандитом.
Елена опустилась на диван, закрыла лицо руками. Так она сидела несколько минут, потом посмотрела на Манцева:
— Он вчера был у меня.
— Зачем?
— Он ничего не знал об Алешином письме, он приходил и сказал, что брата убили вы.
— Неужели вы ему верите?
— Нет.
— Так где его фотография?
— Висела на стене.
На месте фотографии они увидели только темный квадрат на выгоревших обоях.
— Он заходил в эту комнату?
— Да, — тихо ответила Елена.
— Елена Федоровна, он мечется по городу, как зверь, у него нет выхода, мы его поймаем, но он может появиться у вас снова.
— И что мне делать?
— Разрешите посмотреть квартиру?
— Конечно.
— У вас во двор окна комнат выходят?
— Только на кухне.
Они вошли на кухню.
— Вот как хорошо, — засмеялся Мартынов, — занавесочка славная у вас.
— Какая занавесочка? — непонимающе спросила Елена.
— А вот эта, в пол-окна, пестрая. Ее и днем заметишь. Если Копытин придет, вы ее задерните.
Война войной, революция революцией, а Мясницкая такая же нарядная. Правда, подоблезли золотые буквы на вывесках торговых фирм, новые названия советских учреждений появились, но тротуары чистые, даже потрескавшиеся стекла магазинов горели на солнце.
Что и говорить — московское «сити».
Да и народ здесь привычный, одетый добротно. Меха, сукно дорогое, трости.
Копытин остановился напротив дверей с вывеской «Валютный отдел».
Дверь двухстворчатая, сбоку милиционер с наганом на ремне прыгает от мороза.
Ничего. Пусть себе прыгает пока.
И вдруг на той стороне — дама в чернобурой шубе, шапочка на брови натянута. Копытин перебежал улицу:
— Ольга Григорьевна!
Остановилась, взглянула изумленно:
— Господи, Виктор!
Щелкнул каблуками, наклонился к руке. Ольга Григорьевна оглянулась.
— Вы с Юга? — спросила шепотом.
— Так точно.
— Как там?
— Наступаем.
— Скоро ли в Москву?
— Трудно, очень трудно.
