В МЧК Сообщает... мир идей подвержен беспрецедентным изменениям. Новая часть романа-хроники возвращается к легендарным героям из прошлого, открывая новые страницы их жизней через загадочный архивный документ. С каждым новым рассказом старые тенденции оказывают на них ошеломляющее влияние, заставляя пересматривать свои убеждения и решения....
Дверь на веранду поддалась сразу. А вот с входной пришлось повозиться. Но Туз вытащил из-под пальто фомку — замок тихо хрустнул.
Сверху, со второго этажа, донеслись звуки гитары и приглушенный женский голос.
Собан вошел в комнату румяный с мороза, улыбчивый.
Был он похож на благородного отца из провинции. Туз и Семен следом вошли, стали у дверей.
Данилов поставил рюмку на стол, Нина опустила гитару.
— Почтение, Студент, и вам, барышня, не бойтесь, мы не из ЧК.
— А я и не боюсь, — холодно сказал Данилов и потянулся к бутылке, — садитесь.
— Сяду, сяду. Почему не сесть, когда добром зовут.
Собан скинул шубу на руки Семену. Подошел к столу, грузно сел.
— Ты меня знаешь, Студент?
— Не имею удовольствия.
— Я Собан.
— Мне это ничего не говорит.
— Фраер ты, вход в закон рупь, а выход тыща. Поживешь в законе, узнаешь, как со мной говорить.
— Что вам угодно?
Собан взял рюмку, покрутил, понюхал.
— Все, что на Сретенском бульваре взял, отдашь. Тогда жив будешь и маруху твою не тронем.
— А из белья вам ничего не надо? Пошел вон!
В комнату ворвались чекисты.
— Руки! — крикнул Мартынов.
Семен и Туз подняли руки.
Собан выронил рюмку, сунул руку под пиджак, выдернул гранату «мильс». Он не успел дернуть кольцо. Данилов дважды выстрелил в него. Покатилась по полу граната, упал со стула Собан.
Мартынов наклонился, перевернул его:
— Готов.
— Так он же, товарищ Мартынов…
— Действовали правильно, Данилов…
Мартынов повернулся к задержанным. Посмотрел на жующую рожу Туза, бессмысленную и тупую.
— Где Витька Залетный?
— Гад буду, начальник, век свободы не видать… Через полчаса на Мясницкой валютную контору брать будет.
— Данилов, Козлов, в машину! Остальные доставят арестованных.
Операцию по захвату валютной конторы на Мясницкой Копытин готовил сам. Он шагами измерил расстояние от Банковского переулка до конторы, рассчитал время. Трижды заходил в помещение, изучал расположение касс и посты охраны.
Он не очень верил, что Собану удастся отобрать у Студента ценности Васильева.
В поступках и действиях Студента чувствовалась уверенность и сила, а значит, это не просто одинокий, как волк, налетчик, а человек, за которым кто-то стоит. Возможно, эти кто-то и встретятся с Собаном на даче в Сокольниках.
О своих предположениях Копытин Собану не говорил. Пусть едет. А если его там шлепнут, то и слава богу.
