Джона Мэслина пригласили исследовать неловкую историю, которую считают самой загадочной в литературе. Его тщательный анализ и критический взгляд расширили понимание этой книги, что вызвало огромный интерес у читателей. Помните важность открытого общения с детьми, как это сделал автор своей дочь Кристин....
Хм-м-м…
– Я родилась в апреле 1902 года, – сказала профессор Пентесилия, сразу же привлекая наше внимание. – Так что мне было десять лет в апреле 1912-го, и я очень хорошо помню ту трагедию. О чем я говорю? Хоть кто-то понимает?
Ладно, я точно знала, о чем она говорит, но не потому, что я была безнадежным ботаником, изучающим историю. А потому что когда я была помладше, то считала себя влюбленной в Леонардо Ди Каприо, и моя мама купила мне целую коллекцию DVD с его фильмами на двенадцатый день рождения.
Я осмотрелась. Кажется, никто не понимал, о чем речь, так что я вздохнула и подняла руку.
Профессор Пи улыбнулась и вызвала меня:
– Да, мисс Редберд.
– В апреле 1912 года затонул «Титаник». Он столкнулся с айсбергом в воскресную ночь четырнадцатого апреля и затонул несколько часов спустя пятнадцатого.
"Я услышала, как Дэмьен резко вдохнул рядом со мной, а Стиви Рэй издала тихое «да?». Боже, неужели я себя так глупо вела, что мой правильный ответ на вопрос так их шокировал?
– Обожаю, когда новичок что-то знает, – сказала профессор Пентесилия. – Абсолютно правильно, мисс Редберд. Я жила в Чикаго, когда случилась эта трагедия, и никогда не забуду, как продавцы газет выкрикивали трагические заголовки по углам улиц. Это было ужасное событие, особенно потому, что такого количества смертей можно было избежать.
Ну, круто! Это уж точно интереснее, чем читать «Большие надежды»7. (Пип, Эстелла, какая разница?!) Я взяла «Последнюю ночь „Титаника“» и открыла блокнот, чтобы делать заметки. Профессор Пи начала читать первую главу нам вслух, и она оказалась по-настоящему хорошим чтецом. Почти три урока уже прошли, и мне понравились все.
