На самом ли деле я опасался, что ее способ решения экзистенциальной дилеммы с помощью недвижимости приведет к разочарованию, или просто завидовал, что она покупает дом и начинает новую жизнь, в то время как сам я вряд ли способен на такой шаг? И почему вдруг покупка дома осложнила наши отношения?
– Нет, Бет, – ответил я. – У меня нет возражений. Это хорошее приобретение.
– Как насчет подписания кредита?
– Приеду. Обязательно приеду.
Теперь вернемся к Сэмми Глику.
«Да вы настоящий Сэмми Глик», – сказала Агнес Лекомт во время нашего свидания на Риттенхаус-сквер. От презрительного тона старой карги в моей душе остался едкий осадок. Чтобы в полной мере понять степень унижения, которому она меня подвергла, я решил обратиться к первоисточникам. Для чего, во-первых, выяснил по Интернету, кто такой Сэмми Глик, во-вторых, купил книгу «Что движет Сэмми», в-третьих, отправился в Рочестер.
– Я уже говорила вам по телефону, что мне нечего сказать, – повторила Серена Чикос.
Это была стройная смуглая симпатичная женщина небольшого роста лет пятидесяти, с живыми глазами и строгим выражением лица – как у человека, привыкшего давать указания и проверять, как они исполняются.
– Я надеялся, что, если появлюсь лично, вы оцените серьезность моего расследования.
– Напрасно надеялись. А теперь простите, у меня много дел.
– Смею уверить вас, мисс Чикос, что все сказанное вами останется в тайне.
– Но мне не нужна конфиденциальность. Как я уже неоднократно говорила, я не желаю обсуждать свою работу в фонде Рандольфа.
– На это есть причина?
– Это давняя история, часть моего прошлого, которую я предпочитаю не обсуждать.
– А там знают об этом? – Я кивнул в сторону коридора. – Знают о том, что произошло в фонде Рандольфа?
Я стоял в дверях довольно тесного кабинета. Мы находились на втором этаже художественной галереи Рочестерского университета. Серена Чикос сидела в отделе кураторов. Дальше по коридору располагался кабинет директора.
Она натянуто улыбнулась:
– Я работаю здесь двадцать лет, мистер Карл. Местную администрацию давно не заботит моя квалификация.
– Значит, ответ отрицательный.
– Мне жаль вас разочаровывать, но вам не удастся шантажом принудить меня к разговору. Я пришла в фонд Рандольфа сразу после окончания магистратуры. Об этом открытым текстом говорится в моем резюме. Кстати, помог мне устроиться сам мистер Рандольф незадолго до своей кончины.
– Что вы имеете в виду?
– Я слышал, что вас подозревали в причастности к ограблению его Фонда.
– Кто вам сказал? – резко спросила она, и я успел заметить быстрый взгляд, невольно брошенный на открытую дверь.