Боец, пожертвовавший собой ради спасения мира, возвращается через тысячу лет. Он обнаруживает, что его подвиг забыт, а мир изменился до неузнаваемости. Теперь ему предстоит найти своё место в новой реальности и понять, для чего судьба вернула его на землю.
Раздел Chitat.online для книги «Мечник Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 2» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Боец, пожертвовавший собой ради спасения мира, возвращается через тысячу лет. Он обнаруживает, что его подвиг забыт, а мир изменился до неузнаваемости. Теперь ему предстоит найти своё место в новой реальности и понять, для чего судьба вернула его на землю.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Боец, пожертвовавший собой ради спасения мира, возвращается через тысячу лет. Он обнаруживает, что его подвиг забыт, а мир изменился до неузнаваемости. Теперь ему предстоит найти своё место в новой реальности и понять, для чего судьба вернула его на землю.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Мечник Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Через час-другой вы будете как новенькие.
Охотники благодарно закивали, не подозревая, что только что лишились чего-то очень важного. Сомневаюсь, что это, действительно, было необходимо для того, чтобы они пришли в себя, но высказывать свое мнение я не собирался."
"— Ты напряжен, — заметила Зара, подходя ко мне ближе. — Что-то не так?
Я усмехнулся, глядя на довольную собой Изабель.
— Да так, ничего особенного. Просто подумал, что будь у меня такая компания тысячу лет назад, демоны давно бы захватили этот мир.
— Ты говоришь странные вещи, — нахмурилась Зара.
— Образно выражаюсь, — отмахнулся я.
Зара покачала головой, явно не понимая моих намеков, но не стала настаивать на объяснениях.
Мы устроились у костра, ожидая рассвета. Отравленные Охотники, действительно, чувствовали себя лучше, хотя я заметил, что их движения стали чуть более медленными, а в глазах появилась едва заметная тоска.
Время тянулось медленно. Снаружи продолжались жуткие звуки: вой, рычание, иногда что-то похожее на смех. Но постепенно эта кошмарная симфония стихала, и воздух начал светлеть.
Кораллы снова заработали как природные светильники, изгоняя абсолютную тьму и возвращая миру краски. Правда, краски эти были по-прежнему тревожными — синие, фиолетовые, иногда болезненно-желтые оттенки.
— Пора, — объявила Зара, поднимаясь на ноги. — Дарион, пойдем наверх. Нужно определиться с маршрутом.
Мы поднялись по узкой каменной лестнице на вершину башни. Подъем оказался непростым: ступени были рассчитаны на существ, намного крупнее людей, и приходилось буквально карабкаться, цепляясь за выступы в стенах.
Но когда мы добрались до верха, открывшийся вид заставил на мгновение забыть обо всех опасностях.
Город расстилался перед нами во всем своем чудовищном великолепии. Башни поднимались к куполу как застывшие волны каменного океана, их шпили терялись в мерцающей дымке. Между зданий тянулись изящные мостики и переходы, создавая сложную трехмерную сеть, по которой когда-то, возможно, передвигались строители этого места.
Но самым поразительным были сами строения. Их архитектура не подчинялась никаким известным принципам — стены изгибались невозможными способами, окна располагались там, где их быть не должно, а некоторые здания, словно росли из самой земли, как гигантские каменные деревья.
И все это освещалось мягким, переливающимся светом кораллов, которые росли не только на дне, но и на стенах зданий, и даже в воздухе, словно парящие светлячки размером с человека.
— Красиво, не правда ли? — тихо сказала Зара, любуясь панорамой. — Несмотря на все ужасы, эти места могут быть по-своему прекрасными. Жаль только, что красота эта смертельна.
— Красота обычно таковой и бывает, — заметил я.
