В этой истории мы встретимся с человеком, лишённым всех связей: отцом, женой, детьми и даже собственным телом. Алексей Мечников оказался в другом теле всего за три дня, но это только начало его невероятного путешествия по миру как изгнанника-мешка. Жизнь с незнакомым человеком не была простой — он стал为目标, затеянным безумием, и каждый шаг был полон опасностей и загадок....
Если предположить, что дом восстановился под воздействием того же проклятья, то подвал он затронуть и не должен был. Его построили позже, и магической связи с остальной частью здания подземный этаж не имел.
Я решил подняться на появившийся из ниоткуда третий этаж, на котором была всего одна комната. И обнаружил в ней свои личные вещи.
— Ну спасибо, домишко, — усмехнулся я. — Выселил меня на чердак. Зато балкон подарил.
— Чертовщина какая-то! — вспрыснул дядя, когда мы с ним вновь пересеклись на кухне. — Смотри, он даже морозный ящик починил!
Морозный ящик?"
"Только сейчас я обратил внимание, что на кухне стоял металлический короб, от которого веяло холодом.
— Зараза, у меня валялся разряженный морозный кристалл, — вспомнил дядя. — Он умудрился его каким-то образом зарядить и обратно в ящик вставить! Слушай, так ведь это ж вообще здорово! Надо почаще его разваливать!
— В этом должна быть какая-то логика, — нахмурился я. — Этой ночью нас с Катей чуть намертво не завалило, а теперь он подсовывает нам совершенно другую жилплощадь? Нет, дядь, вам с Катей и ребёнком здесь оставаться нельзя.
— А как ты без проклинателя собрался это узнать? — пожал плечами он. — Это ведь невозможно. Ты — лекарь, а не специалист по тёмной магии.
— Это не обсуждается, — твёрдо ответил я. — Вы втроём переедете в съёмную квартиру. Её поиском я сам займусь, можешь не беспокоиться.
На самом деле у меня было несколько причин так поступить.
— Скорее всего, уже сегодня найду квартиру, — пообещал я. — Что в госпитале сказали? Когда Катю отпустят?
— Клавдия говорит, что она уже может уходить домой. С ней всё хорошо, — улыбнулся дядя. — Да и я не думаю, что ей стоит валяться в одном здании с больными людьми.
— Имя-то вы мальчику уже придумали? — спросил я. — А то «ребёнок» да «ребёнок».
— Если честно, я не хотел выбирать имя, пока не узнаю пол, — произнёс дядя. — Но думаю, что мы назовём его Сергеем. В честь моего отца. Как ты помнишь, вчера была его память. Мальчик родился в день рождения своего деда — Сергея Алексеевича Мечникова. Добрый знак.
