Мы с бароном покинули особняк и прошли по узкой выложенной камнем тропе к воротам. На улице уже стемнело, с неба падали комья снега. Зима крепчала.
Молния зимой? Где ж такое видано! Оригинально Леонид Рокотов решил повыделываться — ничего не скажешь.
Приблизившись к воротам, я смог разглядеть фигуру, что была скрыта в полумраке. Барон Елин оказался прав. Рокотов разительно отличался от того же Кособокова. Высокий, стройный, одетый в стильный костюм и дорогое пальто. Сразу видно, что этот человек вышел именно из дворянского сословия.
Но принять его за щёголя было бы ошибкой. Одеждой и манерой держаться Рокотов, может быть, и соответствовал аристократии, но его лицо… Такое может принадлежать только бандиту.
Белёсые глаза, под которыми назревали тёмные синяки; жуткая безобразная ухмылка, едва скрываемая густыми усами и бородкой. Длинные неухоженные чёрные волосы.
И молния в руках. Леонид Рокотов словно сам Зевс, спустившийся с олимпа, держал в правой руке ветвистый электрический разряд.
— Добрый вечер, барон Елин! — широко улыбнувшись, воскликнул он. — А что же это вы устраиваете званый ужин, да без меня? Я, право, оскорблён.
Его голос дребезжал, казался неестественно громким. Видимо, маг каким-то образом усиливал его с помощью своего колдовства.
— Вам в моём доме не место, Рокотов, — насупившись, произнёс Елин. — Особенно после того, что вы сделали с моим сыном.
— О, а вы уже в курсе? — удивился он. — Неужто егеря успели притащить вам хладный труп?
— Нет, Павел сам добрался до дома. Сейчас он чувствует себя прекрасно, несмотря на все нанесённые вашими людьми, раны, — ответил барон.
Рокотов приподнял одну бровь, а затем повернулся к своим людям.
— Я не понял, кто из вас решил меня разыграть? — всё так же громко, но холодно, спросил он. — Вы ведь сказали, что прирезали Павла Елина!
— Г-господин… — заикаясь от страха, прошептал один из бандитов. — Я лично всадил ему нож в живот. И не один раз. Мы бросили его в лесу! Я думал, что он уже не выживет!
— Думал он! — хмыкнул Рокотов. — Было бы чем думать! Хотя вопрос всё ещё остаётся открытым. Не каждый сопляк выживет после нескольких ударов ножом. Кто это о его здоровьице побеспокоился? Уж не тот ли выскочка-лекарь, которого мы только что встретили по дороге?
Видимо, ушедший Мансуров умудрился пересечься с бандой. Что ж, его судьба меня беспокоит меньше всего. Но и присваивать ему свои заслуги я не собираюсь.
— Нет, это я излечил Павла Елина, — произнёс я.
— А-а… — с придыханием протянул Рокотов.
