Ситуация обвилась вокруг Андрея Бахмутова, который чувствует себя предательски обманутым. Вместе с ним переполняет неизвестность о судьбе его сестры в летаргическом сне. Дядя устраивает переборы с главным лекарем, пытаясь добраться до подвала и кого-то защитить. Война предательств и верности нарастает, не давая спокойно выспаться ни одному из героев....
Расскажи, как так получилось?
— Я правда не думала, что кому-то наврежу, — смутилась она и вновь скрыла глаза под своей чёлкой. — Мой куратор сам заставил меня выплеснуть всю магию. Не верил, что во мне хотя бы крупица есть. В итоге я… Вскрикнула.
— Вскрикнула?
— Да. И это разрушило весь полигон, — объяснила Соня. — Потом меня отвели к какой-то магической каменной платформе. И… Она показала, что у меня восемь ядер. Но я даже не знаю — много это или мало!
— Думаю, даже у твоего брата столько нет, — предположил я.
— Вот вы где! — воскликнул Илья Синицын, когда мы завернули на Университетскую улицу. — А я уже думал искать вас по всему Саратову!
— Возникли непредвиденные проблемы, — ответил я. — Ты как, Илья? Все вопросы с патентом решил?
— Ха! — дёрнув усами, усмехнулся он. — Обижаете, господин Мечников! Всё готово, твои инструменты у меня. Документы на них тоже готовы.
— Я в тебе ни разу не сомневался, — улыбнулся я. — Остальные детали обсудим уже в поезде. Сейчас нам нужно забрать Лаврентия Кораблёва. К этому моменту лекарь Разумовский должен был привести его в себя.
— Разумовский⁈ — удивился Синицын. — Ты что, успел познакомиться с лучшим лекарем Саратовской губернии?
С лучшим лекарем? Любопытно. Ни в коем случае не сомневаюсь в его знаниях и способностях, но Разумовский практически при мне потратил весь запас своей маны на одного пациента.
А о чём это говорит? О его некомпетентности?
Нет.
Это говорит о том, что даже самые могущественные лекари пока что не могут справиться с онкологией. Как, собственно, и врачи из моего мира. Но я всё же попробую переплюнуть их всех.
— У нас сорок минут до отбытия поезда, — сказал я. — Вокзал от госпиталя всего в двух кварталах. Должны уложиться!
* * *Охотник за головами Владислав Ножников залпом выпил кружку тёмного пива и поморщился, когда спирт попал на свежие раны на его лице.
— Что будем делать, Влад? — спросил его один из соратников. — В такую погоду на лошадях скакать в Санкт-Петербург мне совсем не хочется. Может, поищем поезд?
— А я бы лучше поискал другой кабак, — промычал тот охотник, который полдня назад чуть не проглотил собственный язык. — Здесь не выпивка, а моча ослиная…
— Заткнулись оба! — рявкнул Владислав.
