Ситуация обвилась вокруг Андрея Бахмутова, который чувствует себя предательски обманутым. Вместе с ним переполняет неизвестность о судьбе его сестры в летаргическом сне. Дядя устраивает переборы с главным лекарем, пытаясь добраться до подвала и кого-то защитить. Война предательств и верности нарастает, не давая спокойно выспаться ни одному из героев....
Предчувствую, что завтра нас ждёт не самый простой день.
Особенно если учесть, что большая часть лекарей не сильно-то желает видеть меня на рабочем месте.
На следующее утро по пути на работу я услышал шаркающие шаги за своей спиной. Кто-то упорно хотел меня догнать, но никак не мог это сделать.
— Алексей Александрович, стойте! — пыхтел пожилой лекарь — Решетов.
— Доброе утро, Василий Ионович, — поприветствовал коллегу я. — Куда вы так спешите?
— За вами, господин Мечников! — сообщил старик, пытаясь отдышаться.
— Правда, Василий Ионович, не солгали слухи, — подтвердил я.
— Так значит… Вы всё-таки заболели от укуса? — старик почему-то начал злиться. — А чего ж вы сразу ко мне не пришли⁈ Мы ведь договаривались, что при первых же симптомах вы явитесь ко мне на приём!
— Не до того было, — признался я.
— Алексей Александрович, вы обязательно другим лекарям расскажите, как это вам удалось! А лучше — напишите трактат! — заявил Решетов. — Ваш труд может спасти тысячи жизней.
Трактат — тоже хорошая идея, как и патент. Этому я и посвящу весь декабрь. Начну официально регистрировать свои достижения, чтобы с нуля создать себе имя."
"— Кстати, Алексей Александрович, просьба к вам есть.
— Помню, конечно, — ответил я. — А что с ней стряслось?
Бодрая ведь была бабулечка. Носилась по госпиталю быстрее, чем упырь по Красногривовскому лесу.
— Стыдно признаться, но я и сам не знаю, в чём дело, — вздохнул Решетов. — Встать не может — сил не хватает. А как я её посажу — сразу наизнанку выворачивается.
— Вы уже предположили какой-нибудь диагноз? — поинтересовался я.
— В этом-то и проблема, господин Мечников! — воскликнул Решетов. — Не могу, сил нет, когда не неё смотрю. Вроде и опыт есть, и знаний хватает у меня, но эмоции берут верх — голова перестаёт соображать… Мы ж вместе шестьдесят пять лет прожили! Я как представлю, что её не станет, мне аж всю грудь выворачивает.
