— Откуда взяться боли, если я уже потерял свою чёртову руку⁈ Хотите сказать, что я схожу с ума?
— Нет, господин Устинов, — ответил я. — Дело в том, что у каждого человека в организме существует система борьбы с болью.
Антиноцицептивная система.
— Вспомните, как вы ударялись обо что-то, или резались ножом, — произнёс я. — А потом на какое-то время забывали о том, что у вас имеются раны. Ведь человек не может постоянно испытывать боль. Это его сведёт с ума.
— Допустим, — ненадолго задумавшись, ответил Устинов. — Но это совсем никак не вяжется с тем, что я чувствую!
— Проблема в психике, господин Устинов, — ответил я. — Вы ещё не смирились с отсутствием руки. И вы, и ваш организм пока что не понимают, куда она делась. Потому вы и чувствуете боль в органе, которого уже давно нет.
Я встречал огромное количество пациентов, которые жаловались на такой дискомфорт. Пальцы, руки, ноги… Госпитализированные в хирургию или травматологию чувствовали утерянные конечности не один день и не один год.
И чтобы помочь им, мы применяли противовоспалительные препараты, анастетики и даже успокоительные.
И чёрт подери, как же мне повезло, что теперь у меня всё это есть! Всё, кроме успокоительного вкупе со снотворным. Это лекарство я отдал ученику кузнеца. Зато два других препарата запросто могу предоставить Устинову.
— Константин Викторович, так как вы дали мне магическую клятву, я позволю вам выпить лекарские зелья, — произнёс я.
— Зелья⁈ — удивился он. — Но вы же… Это же прямое нарушение…
— Мне плевать, — перебил его я. — Хотите мучиться — это ваше право. Ни один лекарь не сможет своей магией заглушить такую боль. Если желаете получить помощь — я вам её предоставлю. Однако попрошу, чтобы вы рассказали мне кое-что взамен.
Устинов скривился. Его идеалы боролись с жаждой получить долгожданное облегчение.
— Я всю ночь не спал из-за этой боли, господин Мечников, — прошептал он. — Плевать, чем вы хотите меня накачать, но… Вы правы. Клятву я дал. Задавайте свой вопрос, я готов на всё, чтобы избавиться от мучений!
— Чем вы спровоцировали гнев Леонида Рокотова? — спросил я. — Почему ваше тело воспламенилось? Вы ведь нарушили клятву верности, не так ли? Предположу, что произошло что-то, из-за чего вам пришлось попросить помощи помощи у князя.
— Разумеется, — хмыкнул Устинов. — Я устал терпеть Арсения Кособокова. Ждал, когда эта сволочь, наконец, сдохнет! А в итоге что? Кольцо перешло Рокотову. И тот сразу же попытался меня убедить… Чтобы я…
Судья замолк.