У Синицына подкосился живот от изумления. Он даже пришёл в грехи иначе сжать нижнюю челюсть, чтобы скрыть растущий возглас удивления. Однако я сам был поражён не меньше. Оказывается, кого-то опередили и первым оформили наше предложенный премию для открытия века... И это при том, что подобных изобретений не было веками! Это странное совпадение. В моём мире имя Сеченова связано с огромными достижениями в медицине....
Младший жрец упирался, но понял, что его уже взяли с поличным. Деваться некуда.
Я взмахнул правой рукой и вылечил насморк Никодима, а затем использовал обратный виток, чтобы расслабить ноги Михаила. На всякий случай, чтобы не сбежал.
— Ну рассказывай, что это всё должно значить? — скрестив руки на груди, спросил я. — Ты ведь больше не пьёшь. Физически пить не можешь! Я ж тебя вылечил, а ты чем мне отплатил?
— Простите меня, господин Мечников, — принялся кланяться он. — Бес попутал. Мужики из кабака увидели, как вам спирт везут.
Ну-ну. Демоны. Знаю я таких демонов.
— Всё понятно, — кивнул я. — Все замки кусачками посрезал, пока Никодим завод освящал, да? А потом ночью вместе с мужиками все бочки вывез на своей церковной повозке. А улицы зачем поливали?
— Так обычно нашу воду освящённую не так активно покупают.
— Да какое может быть тебе прощение⁈ — взревел Никодим. — Алкоголь продавать в церкви Грифона! Совсем спятил. Опозорил меня на весь город. Пошёл вон отсюда!
Михаил попытался подняться, но не смог из-за того, что я снизил тонус его мышц.
— Вон — я сказал! — повторил старший жрец. — И чтобы я тебя здесь больше не видел. Обойдусь без ученика.
Михаил в отчаянии ползком по снегу проскользил за территорию церкви и исчез из виду.
— Господа лекари, вы простите меня, — поклонился Никодим. — Я не знал, клянусь вам. Не беспокойтесь, возмещу я убытки, которые этот болван вам принёс.
— Да подожди пока с возмещением, — вздохнул я. — Давайте посмотрим, сколько бочек осталось.
Мы с Синицыным прошли за церковь к повозке, на которой были спрятаны бочки. Хорошо, зараза, замаскировал их. Сеном облепил со всех сторон.
После короткой ревизии мы поняли, что не хватает одной.
— Плохо, — заключил я.
Синицын сел в повозку и приготовился выезжать к заводу. Я прыгнул к нему и бросил вслед Никодиму:
— Никакой платы не нужно, жрец. Единственное, о чём тебя хочу попросить — людей в кабаке предупреди, если они уже успели себе отлить этот спирт. Иначе помрут.
Никодим закивал и побежал в город, а мы покатили к заводу.
