Автор
Алексей Мечников оказывается в странном мире после прыжка в портал. Он сталкивается с некромантами и загадочными событиями, пытаясь понять происходящее. Возникает конфликт между выживанием и поиском выхода из этого тёмного измерения.
Пусть лучше делает меньше, медленнее, но без ошибок. Ещё не хватало, чтобы он ввёл раствор в мышцу или подкожную жировую клетчатку. Придётся ещё и там некроз убирать!
Я же тем временем вовсю работал над стабилизацией функций кишечника пациента.
Специальной медицинской аппаратуры у меня нет и в ближайшее время не будет, так что приходится постоянно прослушивать фонендоскопом и пытаться определить на слух, что происходит в брюшной полости больного.
Работу кишечника я наладил, ускорил выделение жидкости в его полость. Теперь каловые массы ускорят своё движение. Затор скоро исчезнет.
Но из-за чего он возник?
— Так вот ты где спряталась! — воскликнул я, спуская натянутые выше пупка штаны больного.
— Алексей Александрович, вы что делаете⁈ — оторопел Сеченов.
— Смотрите, коллега, вот где у нас скрылась главная причина заболевания, — сказал я. — Наш пациент додумался скрыть её несколькими слоями ткани. Надо было сразу нам сюда заглянуть…
Под поясом штанов за несколькими бинтами, которыми больной за каким-то чёртом так умело скрыл от нас главный очаг воспаления, скрывалось выпячивание.
— Это ещё что такое? — удивился Сеченов. — Неужто грыжа?
— Она самая. Что, первый раз видите грыжу? — поинтересовался я.
— Если честно, мне о ней только читать приходилось, — ответил он. — Откуда она могла взяться?
— Причин несколько, — произнёс я. — Первая — ранение. Видите этот шрам в левой половине живота? Именно его пациент скрывал от нас. Судя по всему, кто-то всадил ему туда клинок… Нет! Нож. Судя по форме раны и её глубине — это нож. Почему он её скрывает — узнаем чуть позже, когда он очнётся. Но сейчас это и не важно. Смысл в том, что слои брюшной стенки заросли неправильно. В конечном итоге брюшина вместе с частью кишечника выпала наружу. Затем мышцы сократились и пережали петли кишечника. Вот и вся причина непроходимости!
— И всё? Так просто? — удивился Сеченов.
— Не совсем… — я прервался, поскольку обратил внимание, что Елина и Сапрыкин перестали работать и принялись внимательно нас слушать. — Коллеги, я очень ценю ваше стремление к знаниям, но я лучше расскажу вам отдельно об этом. Сейчас надо работать. Вливайте раствор дальше!
— Да, — закивала Анна. — Простите, Алексей Александрович.
— На чём я остановился? — нахмурился я. — Ах, да! Есть ещё один нюанс. Мы ведь оба знаем, что не каждое проникающее ранение заканчивается образованием грыжи, верно ведь, Иван Михайлович?
— Если бы такое происходило, у нас бы уже все войска закончились, — пожал плечами он.
