Та сподобилась на похвалу, отчего Катюша засияла, но тут же сиять прекратила, поскольку Ольга теперь требовала проплыть всю дорожку на скорость. Катюша, вдруг очень захотевшая жить, понеслась в обратном направлении, гребя сразу четырьмя конечностями, добралась до лестницы и взметнулась на бортик. Ольга оценила и громко нахваливала ее в спину, сожалея о том, что время на секундомере засечь не успела. Но Катюша неслась к Светлане – единственной здесь доброй душе.
Светлана, бывшая свидетелем всех получасовых истязаний, почему-то хохотала. Но все же не стала выкидывать подругу обратно в воду, а усадила ее поудобнее и поддерживающе хлопнула по плечу.
– Слушай, Катюш, я тебя сейчас одному трюку обучу. Садись по-турецки и закрой глаза. Медитация, дорогая моя, – это спасение! – и добавила чуть тише: – По крайней мере, она неоднократно уже спасала мою семью от меня. Садись, садись, сейчас объясню.
Катюша была готова на что угодно, лишь бы больше не плыть. Ольга молча подошла и разместилась с другой стороны, готовая поддержать в любом полезном начинании.
Светлана умела говорить таким голосом, что всем вокруг сразу хотелось спать – долгая практика на младенцах сказывалась. Вот и теперь она будто обволакивала ватой, а не объясняла:"
"– Девочки, закройте глаза. Расслабьте плечи, выпрямите спины. Катюш, вот я не смотрю, а все равно чувствую, что у тебя спина согнута. Оль, не дыши так громко, ты не дышишь, а воздух насосом перекачиваешь. А теперь отстранитесь от внешних звуков.
– Как тут отстраниться? – буркнула Ольга. – Тут люди повсюду!
– Ха. Ты это мне рассказываешь? Я научилась отстраняться на таком уровне ультразвука, от которого у тебя бы барабанные перепонки лопнули. Так что бери и отстраняйся. Медленный вдох. Выдох. Поймайте внутреннюю тишину. Представьте перед экраном мысленного взора свое тело…
– Мужчина! – вдруг перебила ее Ольга. – Проходите, проходите, тут вам не киношка. Хотя… хм, стойте. Хорошо стоите. В каком зале занимаемся?
Катюша вынырнула из внутренней тишины и открыла один глаз. Так и замерла – с одним открытым глазом, а удивилась очень громко:
– Ой! Игорь Валентинович?
– Эт хто? – как-то совсем по-деревенски уточнила у нее шепотом Светлана.
Уже двумя глазами изумляться выходило в два раза сильнее. Катюше не показалось – перед их медитирующей троицей действительно стоял он. С голым торсом и в трусах до колена. На трусах пальмы. На лице улыбка. В голосе ехидца:
– Прошу прощения, что помешал.
До Катюши происходящее доходило чуть медленнее, чем хотелось бы. Потому она решала вопросы по мере их поступления и ответила сначала Свете:
– Это начальник мой. Тот самый… где Славка. Здравствуйте, начальник. В воскресенье.