Рукой перед собой щупай. Немцы банки консервные кидают, не наткнись.
Радист поднялся в рост, прыгнул, не удержался, упал на живот. Твою мать! Игорь зубами заскрипел от злости. Самый напряженный, опасный момент, а радист ведет себя как слон в посудной лавке! Следом, по знаку Игоря, перемахнул авианаводчик. У старлея это получилось лучше. Игорь сам собирался преодолеть траншею, а в двадцати метрах от него хлопнул выстрел.
Вверх взлетела осветительная ракета. Игорь застыл на месте. Когда «люстра» прогорела, перемахнул через траншею. Оба из группы в пяти метрах от траншеи лежат, его ждут. И снова ползком вперед. Игорь метр проползет, перед собой рукой шарит. Не хватало на стеклянную бутылку или консервную банку наткнуться. Но пока везло. Метров через триста вторая траншея. Ракет отсюда не пускали, но часовые были. И эту траншею преодолели. Еще немного ползком, потом Игорь поднялся, за ним наводчик и радист.
– За мной, след в след!
Еще на своей земле Игорь карту изучил. Впереди и правее лесок должен быть, но туда идти рискованно. Немцы поблизости от передовой в таких рощах артиллерийские батареи ставят, прячут склады боепитания.
По пути несколько раз делал замечания:
– Смотрите под ноги, топаете, на мусор наступаете.
В паре километров западнее передовой настоящий лес начинался. Туда вел группу Игорь. Немцы глухих лесов опасались. Добрались до леса, углубились.
– Все, привал до утра, отдыхать. Поутру двинемся.
Игорь охранять группу стал. Маловероятно, что на них немцы выйдут, но не исключено, и ему не хотелось, чтобы их «тепленькими» взяли. И сержант и старлей уснули быстро. Непривычные к таким переходам, переволновались. Утром позавтракали сухим пайком. Игорь решил вести группу по лесу. От предполагаемого района в сторону немного, крюк получается, но безопаснее. Шел впереди, посматривал под ноги. Партизаны вполне могли поставить мины-растяжки. За Игорем радист, замыкал короткую цепочку авианаводчик. С ним отношения как-то не складывались. Конечно, он офицер, а вынужден подчиняться сержанту. К тому же старлей старше Игоря по возрасту года на три-четыре. Любому обидно будет.
Для Игоря большие переходы привычны, а для радиста и наводчика серьезное испытание. Игорь устраивал короткие привалы каждые полтора-два часа. Пока шли места глухие, чащи белорусские, надо было держать темп. Дальше перелески пойдут, населенные пункты. Придется стороной обходить, а это потеря времени. В деревнях или селах полицейские могут быть, а то и немецкие гарнизоны.
