Автор
Ванная комната была охвачена прохладой кафеля, а холодная струя воды на коже заставляла мысли приводить в порядок. Тёмно-синий костюм уже ждал на вешалке — традиционный выбор для торжественного случая, но не слишком формальный, чтобы показать грусть.
— Ты цел! Я так боялась!
Её глаза покраснели от слёз, а голос дрожал от волнения. Обнял её в ответ, чувствуя, как бешено колотится её сердце — маленькое, испуганное.
— Я же обещал, что со мной всё будет хорошо, — улыбнулся ей, стараясь выглядеть бодрее, чем себя чувствовал. — Я всегда возвращаюсь.
Только сейчас мать обратила внимание на моих спутников. Её взгляд скользнул по лицам Тихона, Маши и Виктории, застывших в неловкости у входа. Все трое были грязными, с порванной одеждой и следами пережитого ужаса на лицах.
— А это… — начала она, вопросительно глядя на меня.
— Мои однокурсники, — представил я, — Тихон Стоев и Мария… — я запнулся.
— Мороз, — тихо подсказала девушка, смущённо теребя порванный рукав одежды.
— И Виктория Сергеевна Светлова, — добавил я. — Мой преподаватель по археологии.
Мать быстро собралась с мыслями, отбросив личные переживания за меня. Её лицо приняло выражение радушной хозяйки, хотя глаза всё ещё были полны тревоги.
— Боже мой, какой ужас вы пережили, — она шагнула к ним.
В этот момент из коридора, ведущего в подвал, появился дед. Он двигался энергичной походкой, выпрямив спину, и лишь слегка опираясь на трость. Его глаза цепко оглядели всю группу, мгновенно оценивая ситуацию.
— Я почувствовал магическое возмущение, — сказал он, подходя ближе. — Что случилось?
— Нападение на академию, — коротко ответил я. — Портал, монстры. Много погибших.
Дед нахмурился, крепче сжимая набалдашник трости.
— Здесь тоже были странные колебания, — произнёс он.
Наши гости растерянно переглядывались, но молчали, очевидно не желая вмешиваться в семейный разговор. Лишь Тихон внимательно наблюдал за дедом.
— Сколько? — внезапно спросила Алёна. — Сколько людей погибло?
Её голос прозвучал тихо, но отчётливо. В воздухе повисла тяжёлая тишина. Все взгляды обратились на меня.
— Много, — тихо ответил я. — Слишком много."
"— Но как… — начала мать, но я прервал её, подняв руку.
— Не сейчас, мама, — мягко, но твёрдо сказал я.
Она поняла и кивнула, хотя по её лицу видно было, что вопросы продолжали терзать её.
— Конечно, — она повернулась к нашим гостям. — Вы, должно быть, хотите привести себя в порядок и отдохнуть. Ирина Леонтьевна!
Словно ждавшая своего часа, в холле появилась домоправительница. Её седые волосы были собраны в аккуратный пучок, а на лице застыло выражение сдержанного достоинства.
