Ошибиться было сложно, в остальных потолок был проломлен, да стекла выбиты. Где спал сам хозяин таверны осталось загадкой.
Санара стояла у окна, украдкой выглядывая на улицу.
— Не зажигай свет, — предупредила она.
— Никого. Просто хочу убедиться, что нет слежки. В переулке два стражника, нашли-таки. Молодцы…
Стены скромной комнатушки пооблупились от времени. Дела у Генри, похоже, шли не очень. Маленький стол у окна, два стула. Небольшой сундук в углу и одна на двоих кровать, у стены.
— Ты с краю, — сразу обозначила Санара. — Запри дверь.
— Ладно, — я сдвинул засов и застыл в нерешительности.
Глаза быстро привыкли к полумраку. Ее одежда висела на стуле, сапоги стояли рядом.
— На что ты смотришь? — тихо спросила Санара.
— Всполохи на твоей спине. Красиво.
— Ах это? Силовые линии. Мы называем их медианами. По ним импульсы от мозга передаются к живой броне и обратно. Это самая дорогая и сложная часть процесса.
При каждом движении женщины, стоило ей пошевелить пальцами или перенести вес с ноги на ногу, неяркие фиолетовы всполохи озаряли ее татуировки.
— Спим без одежды? — уточнил я на всякий случай.
— Как знаешь. Я буду спать так. Голой ты меня видел, так что не вижу смысла отказывать себе в удовольствии ощущать прохладу чистых простыней.
— И в самом деле, — усмехнулся я.
Только солдат оценит по-настоящему, роскошь чистых простыней и крышу над головой. Похоже в Сарнале наготой никого не удивишь. Насколько я понял, тут это в порядке вещей. Эльфийки без трусов рассекают, фамильяры, зачастую, тоже одежды не носят. Не говоря уже о горничных, коих я успел насмотреться. По принципу «что естественно, то не безобразно». Приняв это как данность, я сбросил одежду и завалился как есть. Искать в инвентаре чистое белье сил уже не было. Прикрывшись одеялом, я чувствовал, как блаженно расслабляется тело.
Санара без лишних слов улеглась у стены. Выпитое вино мягко слепило мои веки. Санара ворочалась, крутясь с боку на бок и тихо вздыхала, никак не могла выбрать удобную позу.
— Не спится? — спросил я не открывая глаз.
— Привыкла одна. Непривычно, когда кто-то дышит рядом.
— Понимаю. Тоже такое было. Там где я служил, сон — это роскошь. Холод собачий, сквозняки. В куче куда теплее. Слева брат, справа автомат… Оружие всегда при себе. Золотое правило.
— Это да. А я уж и не помню, когда в последний раз спала в одной постели с мужчиной.
— Титул мешает, или положение?
— Да нет, пороком знать не удивишь, как и простой люд. Главное — не придавать огласке. Любовники, любовницы, целые гаремы из невольников… содержанки. Просто не хотелось. Да и с кем? Были попытки, руку и сердце предлагали. Но видел бы ты этих господ… Думают, что я несметно богата. Калека, которой и выбирать-то не приходится. Как вспомню — сердце содрогается.