Автор
Холодный олигарх ставит на кон всю свою империю, чтобы завладеть женщиной на тридцать дней. Секс, месть, удовлетворение прихотей — вот его истинные цели. Но когда он узнает, кто его жертва на самом деле, игра принимает совершенно иной оборот. Неожиданная правда грозит разрушить все его планы.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Медовый месяц с чужой женой»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Холодный олигарх ставит на кон всю свою империю, чтобы завладеть женщиной на тридцать дней. Секс, месть, удовлетворение прихотей — вот его истинные цели. Но когда он узнает, кто его жертва на самом деле, игра принимает совершенно иной оборот. Неожиданная правда грозит разрушить все его планы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Холодный олигарх ставит на кон всю свою империю, чтобы завладеть женщиной на тридцать дней. Секс, месть, удовлетворение прихотей — вот его истинные цели. Но когда он узнает, кто его жертва на самом деле, игра принимает совершенно иной оборот. Неожиданная правда грозит разрушить все его планы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Опять? Когда мужские пальцы коснулись шорт, олигарх скривился в знакомой злобной усмешке. Неожиданно он присел и, рывком сдернул их вниз. Я ахнула, а Макс, одним движением порвав шорты на клочки, поднялся и яростно прошипел:
— Никакого белья, — его дыхание опалило моё ухо. — Еще раз увижу, оттрахаю на месте, недотрога же-на.
И, сжав мой подбородок, вторгся языком в рот. Приходилось глотать его ярость и упираться ладонями в грудь, чтобы не позволить завалить себя на комод. В голове набатом стучали страшные мысли, что этот ужас за тридцать дней вывернет меня наизнанку, перемелет, как мясорубка. Но я же кукла, не имею права что-то чувствовать и сопротивляться. Почему же всё ещё жду нормального отношения к себе от зверя?
Макс отстранился лишь, когда в моих глазах совсем потемнело.
Он глубоко вдохнул и поморщил нос, отчего горбинка возле переносицы сильнее выделилась. Мужчина наклонился к губам, будто собирается продолжить начатое. Вздрогнув, я напряглась.
— Иди в машину, — тихо приказал мой палач и неожиданно отступил. Я облегчённо выдохнула и мельком заметила, что сильно сжал правую руку. Он часто так делает. Может, у него ломит кости? Или чешется кулак, чтобы меня ударить. От мысли об этом льдом стянуло затылок. Покачнувшись на каблуках, я с трудом удержала равновесие и, пошатываясь побрела к выходу. Непривычно неприкрытую промежность касался холодок, и от осознания, что придётся ходить без трусов, быть беззащитной каждую минуту, пересохло во рту.
Глава 16. Макс
Она меня возбуждала. До пиздеца. Так сильно, что глаза застилало туманом. Но ужас в глубине зрачков Поли заставлял меня сдерживаться. Какого хрена шлюхе бояться прикосновений? Договаривались же, что будет удовлетворять меня, могла хотя бы притвориться, что кайфует. Ради денег. В насильники я не записывался, хотя если доведет…
Месть она такая — не знает границ.
Остывать в комнате пришлось несколько минут, хотя буря не улеглась, а всего лишь сбавила обороты и не выступала бугром в штанах. Я вышел в коридор и снес ногой цветок в коридоре. Плевать. На все эти вещи мне глубоко насрать. Ненавижу лоск и богатство, они не приносят мне счастья. Только все больше опустошают и напоминают о том, что я потерял.
— Максимилиан, — вышла из кухни Стелла. Она решительно выпрямилась и отточенным движением поправила тщательно уложенную строгую прическу. — Можешь меня уволить, но девочке нужно поесть. И тебе тоже.
Женщина отшатнулась, когда я поднял голову и впился в ее лицо яростным взглядом, но не отступила:
— Все готово. Позволь накрыть на стол, это займет несколько минут.
— Что, краля пожаловалась? — прищурился я.
Экономка мягко улыбнулась и посмотрела через окно на машину.
— Это по глазам видно, Макс. Ты слишком жесток с ней.
