Внутри шатра медового месяца женский голос звучал так дружелюбно и вкрадчиво, что казалось бы, мы должны были радоваться. Но я не могла даже взглядом повернуться. Голова неслась как на коробке, мозги тормозили непонятной пропастью. Вместо ванной комнаты перед глазами плыли ажурные стены купальни и лепестки цветов на воде. Что происходит? Кто это здесь?...
И если Виларду приспичило о чем-то с моим так называемым мужем посекретничать, то мне пришлось остаться в компании Симины.
– Кажется, вам здесь совсем не нравится, – как бы невзначай произнесла она, едва мужская половина нашего общества нас покинула.
Здесь – это где? В этом мире? В этом дворце? В обществе биологической матери, которая непонятно почему меня оставила?"
"– Нет, почему же, все замечательно, – с вежливой улыбкой ответила я. – Просто я немного устала.
– Да, конечно, понимаю… Кстати, Элена, напомните, а из какого вы мира?
Хьюс! Ведь явно же не просто так спрашивает!
– Так выкручивайся как-нибудь! Я страшно занят подслушиванием разговора твоего муженька и предлагаемого папеньки! И такой тут любопытный момент нарисовался… Но об этом потом, а то тебе сейчас психовать нельзя.
Психовать?.. Ты что такое там услышал?
Но Хьюстон и не подумал отвечать. Вот только и Симина все еще ждала моего ответа.
Благо, у меня из памяти не выветрилось, что именно я солгала по этому поводу во время званного ужина.
– Терра, Ваше Высочество, – с вежливой улыбкой произнесла я. – По крайней мере, так мы называем свой мир. Ну а как он называется у вас, даже не знаю, – и все же не удержалась: – А что?
Нет, конечно, я не ждала в ответ «Подозреваю в тебе своего брошенного отпрыска, вот и докапываюсь». Но раз уж Симина заставила меня выкручиваться, то теперь пусть и сама выкручивается.
Она понизила голос до шепота:
– Только это тайна, строго между нами. Вилард очень хочет сделать какой-нибудь памятный подарок вам с Дэрианом, и чтобы этот подарок учитывал и традиции вашего родного мира.
И ведь не поймешь по интонации: на ходу сочиняет или это все-таки правда!
Но вежливо отреагировать в любом случае необходимо:
– Спасибо большое, это так мило!
– Только не выдавайте меня, что я вам проболталась, – подмигнула мне Симина и тут же сама сменила тему: – Кстати, вы когда в Ганессию выезжаете?
– Уже завтра, – если, конечно, некто чересчур тираничный и самоуверенный опять что-нибудь не переиграет.
– Отличное решение! Как раз будет время отдохнуть до того, как съедутся все остальные. Потом ведь, сами понимаете, обстановка немного…накалится.
Интересно, до какой степени накалится? До мысленного «Чтоб все соперники подавились!» или до более решительного «А лучше подсыплю-ка я всем им яду, чтобы уж наверняка»?
Симина принялась расписывать, какие в Ганессии чудесные виды, но я толком не слушала. Ведь как раз объявился Хьюстон.
