В московских особняках и банках орудует загадочный взломщик, оставляющий после себя алую розу и записку с пожеланием удачи. Генерал Аристов направляет лучших агентов на его поимку, но медвежатник ускользает из всех расставленных ловушек. Кто скрывается за этим дерзким и изобретательным...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Медвежатник» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В московских особняках и банках орудует загадочный взломщик, оставляющий после себя алую розу и записку с пожеланием удачи. Генерал Аристов направляет лучших агентов на его поимку, но медвежатник ускользает из всех расставленных ловушек. Кто скрывается за этим дерзким и изобретательным...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В московских особняках и банках орудует загадочный взломщик, оставляющий после себя алую розу и записку с пожеланием удачи. Генерал Аристов направляет лучших агентов на его поимку, но медвежатник ускользает из всех расставленных ловушек. Кто скрывается за этим дерзким и изобретательным...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Аристов в три больших глотка выпил водку, не без удовольствия занюхал ее пряным лучком и с аппетитом зажевал селедочкой.
И все-таки, что же делать с этим Скоробогатовым?
* * *Елизавета открыла глаза. Савелия рядом не оказалось. Она уже давно заметила за ним одну особенность: Родионов умел не только внезапно исчезать, но так же неожиданно возвращаться. Елизавета положила руку на слегка смятую простыню. Прохладная. Ушел давно. Жаль. Будь Савелий сейчас рядом, наверняка предстоящий день мог начаться совсем по-другому. Более романтически, что ли…
Елизавета откинула одеяло и критически осмотрела свое тело. Кожа выглядела упругой, словно растянутый ветрами парус, и одновременно была мягкой, какая может быть только у младенца. Трудно было представить, что через каких-то тридцать лет она одрябнет, покроется мелкими морщинками, которые будут выглядеть не менее отталкивающе, чем вековая паутина на фасаде помпезного здания.
Савелий любил щекотать ее кожу легкими прикосновениями губ и проделывал это настолько искусно, что мгновенно распалял в ней желание. Но самое острое ощущение Елизавета испытывала, когда Савелий подбирался к ней ночью и почти по-воровски притрагивался кончиками пальцев к ее бедру. Игра заключалась в том, что она не должна замечать его движений и как можно дольше должна лежать неподвижно. Но ладонь Савелия была настолько горяча, а пальцы настолько умелыми и подвижными, что без труда могли бы разбудить даже спящую красавицу. Все заканчивалось тем, что Елизавета не выдерживала первой и, поймав нахала за руку, ласково и требовательно говорила:
— Иди ко мне! Я тебя так долго ждала!"
"Прошедшая ночь для Елизаветы закончилась невинно, и она проспала крепенько, как послушница перед постригом. И только перед самым утром на нее накатил сон, больше напоминающий наваждение. Все было как наяву. Савелий осторожно притронулся к ее бедрам, а потом его ладонь, выбирая самые укромные места, заскользила вниз живота. По телу пробежала истома, еще мгновение — и она содрогнулась бы от сладостной благодати. Ей захотелось взглянуть в лицо Савелия, чтобы понять, чувствует ли он то же самое, но вдруг она с ужасом обнаружила, что это смазливый приказчик из соседней лавки. Самое ужасное заключалось в том, что у нее не хватало сил, чтобы отказаться от его нахальных прикосновений. А он с самодовольной улыбкой продолжал тревожить ее тело. Как это ни странно, ощущение от воровской ласки было приятным и очень острым. Елизавета могла поклясться, что ничего похожего у нее с Савелием не получалось. Возможно, здесь был эффект запрещенного плода, который, как известно, всегда сладкий.
…Елизавета проснулась неожиданно — от нахлынувших чувств. Ее взору предстала комната, озаренная утренними лучами.
