Автор
В эпоху «Оттепели» патрицианка оказывается перед выбором между двумя судьбоносными путями. Ей предстоит решить, остаться в Риме или отправиться в Грецию, чтобы стать весталкой, принимая решение, которое изменит её жизнь и положение.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Медвежатница»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В эпоху «Оттепели» патрицианка оказывается перед выбором между двумя судьбоносными путями. Ей предстоит решить, остаться в Риме или отправиться в Грецию, чтобы стать весталкой, принимая решение, которое изменит её жизнь и положение.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Борис Акунин Легкое чтение Любовные романы Современная проза подборки серии
В эпоху «Оттепели» патрицианка оказывается перед выбором между двумя судьбоносными путями. Ей предстоит решить, остаться в Риме или отправиться в Грецию, чтобы стать весталкой, принимая решение, которое изменит её жизнь и положение.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Если уж уснула, включенным светом на разбудишь.
Лицо покрасневшее, на лбу испарина. Потрогал пульс – за сто. И температура, очень высокая.
Сходил за фонендоскопом.
В легких влажные хрипы, явная крепитация. Похоже, пневмония. Сунул под мышку градусник. Ого! Тридцать девять и семь.
Спокойно, доктор – вы же доктор.
В таком состоянии больных госпитализируют, но это исключается. Собственно, и не нужно. Пережиток прежних допенициллиновых времен. Конечно, требуется наблюдение врача, но врач вот он.
Согласно последнему отчету Мосгорздрава, все отделения «скорой помощи» обеспечены ампулами с пенициллином.
Вышел в коридор, набрал 03.
Ответили довольно быстро. Антон Маркович сказал, что нужно прислать машину по поводу пневмонии, госпитализация не потребуется, но у дежурного врача обязательно должен быть с собой бензилпенициллин. Если нет, он позвонит в центральную.
– Кто это такой ученый академик, всё знает? – сказала телефонистка «скорой». – Вот и звонили бы в академическую, раз такой умный.
– Здесь не нужен специалист из академической поликлиники, – терпеливо ответил Антон Маркович. – Чтобы сделать инъекцию, достаточно обычного врача. Да вам и ехать ближе, чем оттуда. Я действительно член-корреспондент Медицинской академии наук. Фамилия Клобуков. Больная – моя дочь. Просто пришлите машину, пожалуйста, и непременно чтоб был бензилпенициллин. Укол я сделаю сам, у меня рука легкая.
– Диктуйте имя больной и адрес, – официальным тоном произнесла телефонистка. – Высылаю машину. К вам приедет доктор Епифьева, очень опытный врач.
Клобуков не выносил, когда кто-то «трясет эполетами», как говаривали в старые времена, и никогда себе этого не позволял, но тут случай экстраординарный. А всё же стало стыдно. Подумалось: всякого человека с принципами нужно ставить в ситуацию, когда соблюдение этих принципов подвергнет угрозе кого-то очень близкого и дорогого. И если ты пожертвовал принципами, то ты демагог и лицемер. А если пожертвовал близким человеком, то ты нелюдь. Что же получается? Коррупция – а использовать свой статус в личных целях безусловно коррупция – человечна, бескомпромиссная принципиальность же бесчеловечна? Надо будет об этом поразмышлять.
Врач позвонил в дверь всего через двадцать минут – то ли потому что «скорую» вызвал академик, то ли она действительно хорошо работала.
Переваливаясь, вошла седенькая, маленькая, какая-то диспропорционально раздутая женщина в пенсне, в теплом пальто поверх белого халата. Начала с извинений, что так долго.
– Я половину времени по лестнице поднималась. У вас ведь на Пуговишникова, 26 нет лифта, а я хромая.
Показала на массивный ортопедический ботинок. Она, кажется, еще была горбатая или аномально сутулая.
