Автор
В апреле надежды сворачиваются в завитушки, как мартовские котята. В мае они прорываясь из листьев и гнезд становятся полноценными существами — птенцами и взрослыми птицами. И именно тогда, когда природа на несколько дней замолкает, начинается оживление жизни: цветы раскрываются к весне, звуки вновь наполняют воздух. Но есть момент, когда мир медленно затихает, и это становится началом новой фазы роста....
Все-таки последнему захоронению там уже семьсот лет, – без тени юмора сказал Арей.
Даф быстро взглянула на него. Ее, признаться, шокировал цинизм стражей мрака. Она усматривала в нем что-то демонстративное, скорее защитное, чем действительно циничное. Впрочем, второе искусственное «я» порой незаметно замещает первое. Прилипшую маску, пропитанную ядом, не отдерешь от лица иначе, чем с кожей.
– Так эти два вампира и ведьма... – начала она.
– Элементарная логика подсказывает, что это они и были. Иначе никак не могу объяснить их молчание, – отрезал Арей.
Что-то зазвенело. Суетливо и весело запрыгали осколки. Какой-то круглый предмет, похожий на кочан капусты, пробил стекло гостиной и покатился по полу, остановившись лишь у ног Дафны. Депресняк зашипел, выгнул спину и упруго вспрыгнул на подоконник. Даф тупо разглядывала то, что лежало у нее под ногами, и все никак не могла понять, что это?
Землистая щека, волосы, странно белое, чужеродно плоское ухо, перекошенный рот. Сознание замедлилось. Отдельные части никак не склады вались в целое.
– Успокойся! Не смотри! Все хорошо! – утешающе бормотал он, гладя ее по плечам и спине. Даф перестала кричать, только вздрагивала.
Улита присела на корточки и, не дотрагиваясь, стала разглядывать разбивший стекло предмет.
– Надо же! Голова. Из катапульты, что ли, ее метнули? Ни сетка не остановила, ни защитная магия, – сказала она озадаченно.
Арей бросился кокну, выглянул, однако снаружи никого уже не было. Барон мрака понял это сразу, Меч исчез из его руки. Арей неторопливо подошел, наклонился и, без особых эмоций, как капустный кочан в сетке, поднял голову за длинные светлые волосы. Лицо наискось рассекала ножевая или сабельная рана. Правый глаз смотрел кровавым провалом.
Арей внимательно изучил голову, хмыкнул и подул ей на лоб. Голова исчезла.
– Не ошибусь, если скажу, что это была голова Дафны.
– Настоящая? Не муляж? Не глина? – непонимающе спросил Меф, прижимая к себе тихо плачущую Дафну.
– Вполне настоящая. Кто-то вырастил Дафну или скорее подобное ей биологическое существо с помощью магии, отрезал голову и подбросил нам. Довольно сложный и трудоемкий процесс.
– Зачем?
Арей вытер ладонь о штаны.
– Такой способ обычно применяют, когда стремятся предупредить или запугать.
