В нью-йоркском универе Светлана Глебова не заметила ни одного знакомого лица в толпе студентов. Но этот мужчина к ней обратился как никто другой — с легкостью определив девушку из многочисленной группы выпускников. Его строгий и дорогостоящий костюм сочетался с неожиданно внушающей уважение прической, но лицо его было мрачным и загадочным — такая встреча тут же вызывала скрытый интерес и настороненность....
Пятеро внебрачных отпрысков уже знали об этом, а вот для троицы, сидевшей вместе и напряженно переговаривающейся, слова отца стали неприятным сюрпризом.
Старший, Михаил, брезгливо поморщился, словно говоря: «Ну, папаша, ты еще тот кобель».
– Белоснежка и семь гномов! – нервно хихикнул Владимир.
– Знатное прибавление семейства, – в тон ему добавил Олег.
Знакомиться они явно не жаждали. Впрочем, и остальные не спешили распахнуть объятия новым родственникам. Они выжидали. Их встречу устроил Драгун, пусть он и делает следующий шаг.
И бизнесмен оправдал их ожидания. Взяв небольшую паузу, позволившую восстановить силы, он медленно заговорил:
– Убедившись в том, что у меня, кроме троих законных наследников, есть еще пятеро детей, я задумался. Ведь любому отцу не хочется, чтобы его дети промотали оставленное им состояние.
При этих словах Михаил, Олег и Владимир нервно заерзали на своих местах.
– Каждый отец желает, чтобы его дети продолжили начатое им дело, умножили нажитый им капитал, – как-то робко, почти извиняясь, взглянул на них Драгун.
В комнате наступила тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием больного.
– Очень хорошо! Если все согласны, мы начинаем. – Драгун сделал едва заметное движение, и тут же дверь комнаты распахнулась.
Мужчина в черном костюме и белых перчатках ввез столик, на котором стояла прозрачная чаша. В чаше лежали шары.
