Автор
В черте города вырвавшийся из рук начальства механик с трудом ищет следующую работу. Свет не горит, а зажигается по пути к ближайшей автозаправке. Удивительный сюжет в окружении заброшенных домов и полупустых кафе создает непреодолимое желание узнать больше о таинственном объекте, который стоит на повороте....
Какого черта, она снова там делает?!
Инстинктивно замираю, вся обращаясь в слух. В трубке неясный шорох и вновь ее приглушенный мерзкий голос.
– Открой нам вина… Ден куда–то ушел…
Вина?! У них там снова гулянка?!
– Матвей! – зову его, – что происходит?!
– Ничего, не волнуйся. Я сейчас поеду домой.
– Ты трезв?..
– Да… Я заберу тебя завтра в два часа. Пока.
Отключаюсь и еще какое–то время сижу, глядя пустым взглядом в стену. Не могу вдохнуть полной грудью, ощущение, что перекрыли кислород.
Боже… когда же это закончится?.. Когда эта тварь исчезнет из нашей жизни?!
И самое главное, когда Матвей научится правильно расставлять приоритеты?..
Неужели, без этой стервы его бизнес рухнет?! Неужели она настолько незаменима, что можно рисковать спокойствием беременной жены и здоровьем будущего ребенка?..
Настроение пропадает. Падаю на подушки и вдруг отчетливо понимаю – я не хочу завтра возвращаться домой.
Не хочу! Целыми днями сидеть в одиночестве, изводя себя мыслями, где он и с кем. Мучиться подозрениями и ревностью…
Я устала!!! Устала ничего не делать. Я хочу, как раньше, встречаться с друзьями, гулять…
Да, черт возьми, хочу хотя бы вернуть то время, когда мы жили в комнатке над сервисом. Когда я могла в любой момент его увидеть, поговорить с ним, вместе пообедать, а вечером съездить на озеро!
Повторятся ли те беззаботные дни или так и останутся приятным воспоминанием?
Нехотя плетусь в ванную, привожу себя в более или менее божеский вид.
Мамы не видно, а папу нахожу у барбекю. Аромат жареного мяса достигает моих рецепторов, и я шумно сглатываю образовавшуюся во рту слюну.
– Проголодалась? – улыбаясь, спрашивает папа, – еще немного, и готово…
– Твое мясо лучшее, пап…
Он крайне редко баловал нас стейками из говядины и лосося, но зато каждый раз у него выходил кулинарный шедевр.
– Возвращайся домой, дочка… – усталым голосом говорит он.
Я поднимаю взгляд и пытаюсь посмотреть на него, как впервые, потому что не помню, когда мы вот так, запросто, о чем–то с ним разговаривали. Он вечно был где–то в своих мыслях и витал в облаках, и мне казалось, что он порой забывал о том, что у него есть дочь.
Я отвечала ему тем же. Занималась своими делами и почти не замечала его.
