— Быстрее, пацаны, – орал Слива на ходу, – не хватало ещё, чтобы они там поубивали друг друга.
И тут, с той стороны, куда мы бежали, раздался выстрел, за ним длинная автоматная очередь.
Млять, млять, млять!!! Эти двести метров мы преодолели, как заправские чемпионы. Я даже и не предполагал, что могу бегать так быстро. Не, конечно, когда по мне стреляют, то могу, но тут, мне кажется, я ещё быстрее бежал. И бежал я в первых рядах, по бокам я видел бегущих – и наших ребят, и шахтёров, слишком многие услышали этого орущего мужика и ломанулись за нами.
Преодолев это расстояние и оббежав гору породы из шахты, мы выбежали на площадку перед ней и увидели картину. Честно говоря, я даже немного растерялся от увиденного и резко остановился, согнувшись и пытаясь отдышаться. Рядом охали и кряхтели другие мужики.
Недалеко от въезда в столбе стоял джип и дымил пробитым радиатором. Он в него врезался со всей дури. Чуть дальше лежал без сознания, широко раскинув руки, этот самый Рейдер, который понёс воду. В паре метров от него валялся Одуван и Мамуля, тоже без сознания, Упырь и Котлета лили им на лица воду из фляжек. Паштет хлопал по щекам лежащего мужика, пытаясь привести того в чувства, а второй мужик сидел на земле и держался за голову.
— Равняйсь, смирно! – рявкнул Грач.
Трое Мушкетёров тут же встали по стойке «смирно».
— Мужик, ты как? – подбежал я к сидящему на земле.
— Башка болит, – простонал тот, немного раскачиваясь.
— Дока сюда, быстро! – проорал Туман.
— Да тут я уже, – услышал я его голос и рядом появился Док.
Позади него нарисовался Малыш и недобро так покосился, сначала на стоящих навытяжку Мушкетёров, а затем увидел своего лежащего собрата и направился к нему.
— Гля, Котлетос, – шмыгнул разбитым носом Упырь, – ещё один Рейдер.
— Валим? – тут же спросил Паштет.
— Я вам щас завалю! – начал орать Грач, – я вам сейчас так завалю! Вы чё тут наделали?
— Гыы, — резко повернулся к троим Мушкетёрам Малыш.
— Стоять всем! – уже заорал Туча, – эти Рейдеры свои!
— Только Мушкетёрам об этом сказать забыли, – заржал, прибежавший вместе со всеми, Большой.
Я тут же увидел удивлённый взгляд на лицах этих троих кренделей, а Котлета, большой любитель подраться шумно выдохнул.
— Небольшое сотрясение, – резюмировал Док, быстро осмотрев этого сидящего шахтёра, – жить будет."
"— Что у вас тут произошло-то? – спросил я у этого дядьки лет сорока.
— Этот тоже очухался, – известил нас голос Маленького.
— Немцы тоже живые, – добавил осматривающий Мамулю и Одувана, Колючий, – без сознания только, – этот тоже живой, – кивок на лежащего шахтёра.
Фух, все живые, не успели они друг друга грохнуть.
— Мужик, ты как? – легонько потряс я за плечо этого дядьку, и мы со Сливой помогли ему подняться на ноги.
— Нормально, вроде, – сморщился тот.