Тем временем Плащи, багги и трактора расположились напротив двух выездов. Следом подъехали и наши пустынные Порши, тоже с двух сторон, это же у них в кузовах установлены колонки.
Во втором Порше к микрофону просто приложили рацию, и Туман, используя обе машины, орёт в матюгальники.
— Повторяю ещё раз, уроды! – снова голос Тумана, который очень хорошо разлетался по этой долине, – сдавайтесь, иначе положим всех. У вас осталось две минуты, выходите, потом пойдёт зачистка. Никому не стрелять, – это он уже нам в рацию сказал, – пусть выходят.
Спустя минуту с базы потянулись первые бандиты. Первыми я увидел тройку Укасов, двое из них тащили на себе третьего.
— Подгребайте, – вновь услышали мы в своих рациях голос Тумана, – снайпера и вторые номера сидят на месте.
— Пошли вниз, пацаны, – быстро сказал я, вскакивая на ноги.
Уж чего-чего, а спускаться вниз по верёвке я уже научился. Похватав своё оружие, мы один за другим быстренько посыпались вниз. Пока спустились, пока цепью добежали до въезда, я увидел, что там на коленях уже стоят человек десять, Хватальщики, парочка Рейдеров, остальные Укасы и люди. Их уже сноровисто обыскивают и вяжут руки за спиной наши пацаны. И со всех сторон подходят наши бойцы, много. Кто-то шёл прям сюда, кто-то, вон, остановился метрах в пятидесяти, в общем, базу взяли в плотненькое такое кольцо. Я сильно сомневаюсь, что сейчас на ней найдётся тот, кто решится открыть по нам стрельбу.
База продолжала гореть, там всё ещё рвались боеприпасы, кто-то заорал от боли, затем крик стих.
Честно говоря, я сначала хотел ринуться туда, на окончательную зачистку, но при взгляде на бушующее там пламя, мой запал как-то притих. Там же реально всё горит, вообще всё! Мой хомяк и жаба снова совершили совместный суицид, блин, сколько же там добра-то сгорело!
Раз взрыв, два, три, – в небо взметнулось какое-то строение, снова полетели доски, барахло, о, вон бревно куда-то в сторону Марса стартануло, видать, там снаряды были, больно хорошо рвануло.
Там, где вокзал, подойти вообще невозможно. Там пламя из цистерн бьёт так, что нам остаётся только ждать, когда оно всё выгорит; вокзала, как и вспомогательных построек у него, больше нет, его просто снесло взрывом, а то, что осталось, теперь горит.
Подошли к пленным. Бандиты, мать вашу. Стоят, вон, на коленях, грязные, закопчённые, в разной степени побитости, кто-то ранен, но им не спешат оказывать помощь, их обыскивают, дают пару раз по почкам и вяжут за спиной руки.
Тем временем, с базы всё выходят и выходят закопчённые бандиты, повезло им, сильно повезло, хотя не думаю, что они проживут долго.
Вон, высоко подняв руки, идёт здоровый Рейдер, один. А глазами-то как на нас зыркает! За ним ковыляют ещё двое Хватальщиков и один Укас, тот вообще еле идёт, держится за бок и рука в крови.