Механизм пространства — читать онлайн бесплатно полностью

Он произнес краткую польскую фразу с тяжелым немецким хвостом, взмахнул тростью; не ударив, заскрипел зубами:

– То упырь, панове! Упырь, так и знал!

– Торвен, цельте клятому хлопу меж глаз!

– Цельте сами, князь!

– Не могу, холера ясна!

Ситуация отдавала мрачным комизмом. Трое взрослых, опытных – воевавших, наконец! – людей перебрасывались репликами в тесной палате. Старались вести себя так, чтобы буйный мсье Огюст не вернулся с их помощью обратно на койку, а оттуда – и в заждавшийся гроб. Князь дрожал всем телом – казалось, поляк встретил младшего брата, слабоумного, не со зла творящего дурные поступки. Такого бы наградить затрещиной, да рука не подымается на убогого…

– Андерс, берегись! Укусит, пся крев!

Трудно сказать, услыхал ли Эрстед. Зато Шевалье отреагировал, не думая. Левая, свободная рука, сжавшись в кулак, ткнула поляка в подбородок. Удар вышел скорее обидный, чем опасный. Но доставить неприятности он сумел.

Язык Волмонтович определенно прикусил.

Голый Огюст встал с койки, по-прежнему держа Эрстеда за горло. Полковник, красный от натуги, в свою очередь крепко держал запястье француза. Низко опустив подбородок, он придавил ладонь Шевалье, мешая тому сжать пальцы изо всех сил. Иных мер Эрстед не предпринимал.

На шее его вздулись синие жилы.

А про вторую он забыл.

– Пан Торвен! Сделайте что-нибудь! Я не могу его ударить!..

– Он же новорожденный!

«Да хватит вам! – чуть было не пригрозил Торвен. – Тоже мне, романтики!» Словно услышав его мысли, Эрстед неуловимо дернул правым плечом, ставя точку в затянувшейся комедии.

Английским боксом полковник увлекался с университетской скамьи. Позже, живя в Лондоне, регулярно посещал заведение Даниэля Мендосы – того самого, о чьих поединках газеты писали на первых страницах, тогда как штурму Бастилии отводились вторые.

Выждав с минуту, Эрстед склонился над койкой, пощупал пульс у весьма удачно рухнувшего Шевалье. Оттянул верхнее веко, убедился, что снег растаял. И, до сих пор красный, как вареный рак, виновато развел руками:

– Будем считать это порцией успокоительного.

– Андерс! Ты… Он тебя…

Бессвязные выкрики Волмонтовича доносились из угла, где князь без особого успеха искал окуляры. Те от воплей поляка сбежали с носа и прятались.

– Не увлекайтесь, Казимир, – поправив воротник рубашки, полковник заново стал перевязывать шейный платок. – Молодой человек погорячился. В Париже такое на каждом перекрестке.

Тронутый мучениями князя, Торвен аккуратно пододвинул тростью окуляры – прямо ему в руку.

– Дзенькую бардзо! – князь водрузил стекляшки на нос. – Напрасно мне не верите, господа. Вы, гере Торвен, пшепрашем, всю жизнь за столом просидели, перышком чиркали. Но ты-то, Андерс! Ты же видел!.. помнишь…

– Полно, князь! – перебил его Эрстед.